Перед отъездом домой Андрей и Витя (большой) Петровы около автобуса избили в кровь Игоря. Более того, Витя Петров ещё пытался бить меня (слава богу, не ударил). Я всю дорогу в УАЗике держал голову Игоря и навзрыд плакал, наверно, сказалось нервное перенапряжение последних дней. Приехали домой, с большим трудом уложили Игоря, который схватил бейсбольную биту и пытался броситься на Петровых. Поразило спокойное благодушие Саши, который и не подумал вмешаться и остановить конфликт. Дома я всё высказал в резких выражениях: не надо мне зятьёв и сыновей, жить буду один. Зятьёв пусть жёны воспитывают. Саше высказал: «Месяц назад тебе Андрей разбил «ебло», а сейчас ты его поддерживаешь». Вспоминать не хочется, но в нашем роду ни на свадьбах, ни тем более, поминках морды не били.
Последующая неделя прошла как в тумане. Звонили с соболезнованием люди, поздно узнавшие о смерти Нади. Я уже писал об идиотизме с переменой номеров телефонов, наш-то номер тоже почти никто не знал. Звонил Иван Степанович Филатов, профессор, которого вышвырнули из НИЦ ТНХК следом за мной.
В субботу 8 декабря в той же столовой «Дружба» (недалеко от Дома книги) отметили 9 дней, предварительно съездив на кладбище. Мороз был ниже 30 градусов, поэтому больше 5–7 минут не выдержали. Кстати, противно писать, но ряд венков с могилы украли.
Опять проблема, на сколько человек заказать. Заказали на 60, пришло человек 80, но всем места хватило. Я снова выступал 2 раза. Поблагодарил присутствующих, всех, кто оказал нам финансовую помощь в трудную минуту и заверил, деньги не будут проедены и пропиты, а пойдут на памятник Наде. Кстати, 10 декабря я положил на пенсионный 6-месячный депозит под 14 % годовых 25 000 рублей. 11 июня можно деньги взять, а раньше памятник бессмысленно ставить, земля должна подсохнуть.
И ещё я говорил о любви. Как встретились два человека, у каждого по двое детей. Как никто из окружающих не верил, что эта любовь на всю жизнь. Как за 4–5 дней до смерти Надя ощупывала меня «там-сям, в разных местах». Я говорю: «Надя, это всё твоё!» И она очень тихо: «было, было!»
Многие выступали. Женя Белоусов говорил дважды, читал стихи.
Повторных поминок 9-ти дней дома не было. Кстати, Андрея и Виктора Петровых в этот раз не было. Слава богу! Видеть их не хочу! Обычная животная зависть, проявляющаяся в алкогольном опьянении.
