Джульетта улыбнулась. Именно этот ответ она и надеялась услышать. Теперь она видела их будущее, где он рисует ее в студии, а потом занимается с ней любовью. Теперь она стала интересной, достойной его. Она знала французских и итальянских писателей, могла поддержать беседу о Боттичелли, Сикстинской капелле, Рафаэле, Тициане и Караваджо. На мгновение мысли ее унеслись в мечты об этой жизни… пока она не увидела, что Маршан глядит на кого-то за ее спиной.
Обернувшись, Джульетта увидела белокурую женщину, которая, сияя улыбкой, направлялась прямо к ним. Женщина явно была достаточно уверена в привязанности Маршана, чтобы не беспокоиться о том, что он разговаривает с молодой особой.
– Вот ты где, – воскликнула женщина.
Маршан, понизив голос, быстро заговорил с Джульеттой отеческим, но достаточно резким тоном; поведение его в одночасье изменилось.
– Ты была моей величайшей ошибкой. Я сохранил твой набросок и держу его в студии. Теперь он напоминает мне о человеческой глупости –
– Нет. Нет, ты ошибаешься. – Она в панике посмотрела на Маршана, надеясь наконец увидеть в нем того человека, которого знала когда-то. – Мы только что нашли друг друга. Что с тобой?
Художник склонил голову и заговорил шепотом, который слышала только она:
– Ты стала моей погибелью, дитя. – Он выпрямился. – Прости меня, но я не хочу больше тебя видеть.
С этими словами он прошел мимо, чуть не оттолкнув ее в сторону, и обнял сияющую блондинку. Спустя миг пара исчезла.
Держа маску в руке, Джульетта замерла в большом фойе, пока посетители оперы возвращались в ложи ко второму акту. Ей не хватало воздуха; Джульетта прошлась по залу и, подняв голову, увидела Варнье. Он вышел на балкон, посмотрел сверху вниз и заметил ее, державшуюся за живот, точно в приступе боли. Джульетта видела его глаза: они внимательно изучили толпу и остановились на Маршане, который быстро поднимался по лестнице в сопровождении белокурой женщины. Обернувшись, Варнье бросился к Джульетте, оставляя художника позади.
Варнье взял дрожащую девушку под руку, поддерживая ее на ногах.
– Пойдем?
Джульетта кивнула.
Прислонив ее к стене, Варнье забрал их пальто. Джульетта не могла говорить, пока спускалась вниз по парадной лестнице Опера-Гарнье к вечернему холоду Парижа.
Когда Джульетта благополучно села в экипаж, то почувствовала ладонь Варнье на своей ладони.
– Ты не можешь быть с ним, Джульетта. Это невозможно.
– Почему?
По ее лицу текли слезы. Улицы Парижа проносились мимо, пока копыта лошадей громко цокали по мостовой. Она находила утешение в суете людей, которые переходили улицы, делали покупки, прижимались друг к другу, прячась от холода, и смеялись. Париж был счастлив, и это счастье разливалось вокруг нее.
Варнье не ответил, и Джульетта с нажимом произнесла:
– Не хотите ответить?
– Если бы я мог, – промолвил Варнье, меланхолично глядя на вечерний Париж.
– Этого недостаточно, – отрезала Джульетта. – Мне нужен ответ.
– Так и быть. – Он кивнул.
– Откуда вы знаете о Маршане? О нем никто не знал. Я никогда вам не рассказывала.
Лицо Джульетты пылало. Она представила Маршана в мастерской в Шаллане. Человек, которого она встретила в оперном театре, даже рядом не стоял с тем Маршаном. Нежный мужчина, рисовавший для нее Париж, куда-то исчез.
Варнье несколько минут молчал. Джульетта тихо ждала ответа.
– Твоя мать.
– Моя мать? Вы говорили, что не знали ее.
– Ты спросила, откуда я узнал о Маршане. Через твою мать.
– Что между вами было?
Варнье не смотрел на Джульетту. Его голос оставался монотонным, и он просто глядел на проносящиеся за окном улицы.
– Она оставила мне сведения о тебе и Маршане.
– Лжец. Вы были любовниками?
– Нет. Ты ошибаешься. – Он покачал головой. – Мы никогда не были любовниками.
– Тогда кем вы приходились друг другу? Потому что вы ей не брат и вы
– Я работаю на твою мать. Я говорил. – Он откинулся на сиденье, по-прежнему отказываясь смотреть на нее. Голос его стал тише.
Джульетта никогда раньше не замечала его профиль, линию носа, которая с этого ракурса выглядела мягче. Он слишком отличался от Маршана, но сейчас Джульетта сама удивлялась, почему сравнивала всех мужчин с художником.
– Это ложь. Моя мать никого не могла нанять. Она уже мертва, так что всякие обязательства, которые вас связывали, давно исчерпаны.
– Мне нужно тебя защитить. Это все, что тебе требуется знать. – Он повернулся к ней и обхватил ее лицо руками, притянув настолько близко, что она ощутила жар его дыхания и слабый запах табака. – Послушай меня. С этим мужчиной тебя ждут только беды. Он никогда не сможет тебя полюбить.
– Я знаю, – сказала Джульетта, пока слезы текли по ее лицу. – Он ясно дал это понять.
По-прежнему держа лицо девушки в ладонях, Варнье встретился с ней взглядом. Пока они проезжали мимо газовых фонарей бульвара Сен-Жермен, Джульетта заметила в его глазах беспокойство.
