Рядом с ним была женщина, сделанная, вероятно, из ледяной глыбы, такой холод исходил от нее. Там, где только что пылали страсть и желание, теперь стыла лишь ненависть. Это было настолько невероятно, что Ричард неуверенно хмыкнул.
– Я сказала, убирайся!
На сей раз приказание было подкреплено кое-чем более весомым. Ричард стремительно соскочил с кровати и сделал это вовремя, чудом увернувшись от колена, нацеленного ему в пах.
Не решаясь больше рисковать, он быстро отступил в угол спальни, по-прежнему недоумевая. Руки запутались в рукавах наполовину спущенной рубашки. Он зло поддернул их на место. В голове шумело.
Сузан в это время, шипя что-то сквозь зубы, пыталась надеть платье.
– Какого черта здесь происходит?! – выпалил Ричард, начиная выходить из себя. – Что такого ужасного было в моем вопросе?
Его терзали неудовлетворенность и обида. Похоже, его приманили, а потом щелкнули по носу.
– Если тебе все это не по нраву, могла бы сказать и раньше, а не вести себя так, будто я насилую тебя!
И этот человек еще считает себя обиженным! Да его самое заветное желание никогда не иметь детей! Как правильно она поступила, скрыв от него рождение Джинни! Только одному человеку на свете Сузан поведала правду о дочери – своей бабушке.
– Или ты просто решила подразнить меня? Скажи, что это всего лишь какая-то глупая игра!
– Нет!
Но все же следовало как-то объяснить столь резкую смену своего настроения.
– Ты забыл кое-что, – нервно произнесла Сузан, старательно отводя взгляд.
– И что же это, моя дорогая?
– Не «что», а «кто». Ты забыл об Оуэне.
– Об Оуэне?!
Ричард произнес это имя с откровенной ненавистью. Он даже непроизвольно сжал кулаки.
Самым неприятным было то, что Сузан не могла толком одеться. Ее платье лишилось половины пуговиц, и надеть его было гораздо труднее, чем снять. Она украдкой оглядела кровать, надеясь найти покрывало или простыню, чтобы завернуться. Отыскать удалось только помятый и растерзанный бюстгальтер, по несчастливой случайности лежащий у ног Ричарда. Можно было бы подойти и поднять его, но Сузан не решалась. Ричард находился сейчас в неподходящем настроении.
Прикрыв грудь руками, она мрачно уставилась перед собой, гадая, не перестаралась ли с объяснением причин.
– Оуэн Маккилох? А какое, скажи, пожалуйста, этот тип имеет к нам отношение?
Признать, что в жизни Сузан по-прежнему существует этот мужчина, было для Ричарда равносильно удару в челюсть. Это шокирующее ощущение, смешавшись с чувством сексуальной неудовлетворенности, совершенно лишило его способности рассуждать здраво.
– Самое прямое. Я не могу спать с тобой из-за Оуэна.
Удар был очень тяжелый. Сузан увидела, как глаза Ричарда сузились словно от боли.
– Но я полагал, что вы давно расстались.
– Конечно же нет. Он живет неподалеку отсюда.
Ричард помолчал с минуту, усваивая информацию.
– Да, теперь я понял, – медленно произнес он. – Ты, вероятно, почувствовала запоздалый, но острый укол совести, осознав, что твое поведение было бы актом неверности по отношению к достойному Оуэну Маккилоху.
Когда Ричард нервничал, он начинал выражаться ужасно витиевато. Временами его даже трудно было понять.
– Это не запоздалый укол совести! И я никогда, ты слышишь, никогда не изменяла тебе, пока мы были вместе!
– Сейчас, я полагаю, мы говорим не о наших прошлых отношениях. И я также полагаю, что ты спохватилась слишком поздно, для того чтобы выйти сухой из воды. Или скажешь, что я заставил тебя лечь со мной в постель?
– Нет.
– По крайней мере, ты достаточно смела, чтобы посмотреть правде в лицо. Я, знаешь ли, за всю мою жизнь не принудил ни одной женщины.
Скрывать боль было невыносимо тяжко. И Сузан попыталась спрятать ее за маской пренебрежения и иронии.
– Ты настолько неотразим, что ни одной женщине просто не придет в голову сопротивляться.
Перед мысленным взором пронеслись статьи из газет, те ужасные публикации, которые появились после того, как она и Ричард расстались.
– Именно поэтому ты, наверное, путался со всеми этими моделями и актрисами. Они просто не могли тебе отказать, не так ли? Кто у тебя в этом месяце прислуживает в постели? Беатрис Митчелл? А кто был в прошлом? Рози Макдауэлл?
Ричард был занят тем, что пытался застегнуть рубашку, на которой теперь тоже не хватало пуговиц. Его резкие нервные движения выдавали отвратительное состояние духа.
– Не стоит верить всему, о чем пишут в газетах.
– Так, стало быть, ни одна из тех статей не была правдивой? – иронически приподняла брови Сузан.
Стоящий перед ней темноволосый мужчина угрожающе нахмурился и стиснул зубы. Его скулы словно окаменели.
– Нет. Только некоторые из них, – наконец выдавил он из себя.
Ричард вовсе не считал достойным свое поведение в первые месяцы после того, как Сузан покинула его дом в Дублине. Вряд ли можно гордиться скоротечными романами, которые он заводил, пытаясь заполнить пустоту, поселившуюся в его сердце. Он хотел вернуться к образу жизни, который вел до знакомства с Сузан, чтобы доказать себе, что боль утраты не так уж и велика.
