– Нет! – выпалил папа. – Не одна «нора», а сотни! Или даже тысячи! Великое множество «нор», и все они смещаются и толкаются, по очереди занимая место в портале под домиком Тома.
Амелия уставилась на него, силясь переварить информацию.
– Разве это не потрясающе? – восторгался папа. – Всю жизнь я трудился над математическими теориями, не мечтая даже о толике реальных доказательств. Плевать теперь на доказательства! Я могу в любое время отправиться к Тому и собственными ушами услышать, как «кротовые норы» меняются местами. Могу почувствовать запах других планет в других галактиках…
Том фыркнул и уставился на свои руки. Он, похоже, не разделял папиного восторга. Амелия подозревала, что жить над всеми этими «норами» не так уж и весело, как представлялось папе.
– Значит, мисс Ардман не одна такая? У нас будут ещё инопланетные гости? – Чарли загадочно улыбнулся, глядя на мистера Уокера.
– Да, со всех концов Вселенной! – подтвердил отец Амелии. – Оказывается, наш «кротовонорный» узел в Забытой бухте – самый активный на весь Млечный Путь! – продолжил он с гордостью. – Вы представляете такое?
– Но, – вмешалась мама Амелии, – у нас будут останавливаться и обычные люди. Они обязательно появятся, когда мы официально откроемся. Мы не сможем отказать им в проживании без видимой на то причины. Иначе это вызовет подозрения.
– Но ведь… портал открылся не только что, правда? – спросила Амелия. – И Том всё время за ним присматривал, так что же изменилось? Зачем мы приехали? – Смотритель снова фыркнул. На этот раз – в знак одобрения.
Вопросы задели маму:
– Теперь всё иначе. Том долгие годы справлялся один. Замечательно справлялся, – добавила она. Старик фыркнул опять, но на лице его появился румянец. – Но больше так продолжаться не может.
– Почему?
– Во-первых, «норы» становятся всё более и более непредсказуемыми, – пояснил папа. – Это может быть связано с ускорением расширения Вселенной или с нестабильностью в… – Он запнулся, увидев, что Амелия перестала понимать. – Короче говоря, таблицы и графики Тома становятся всё менее полезными для прогнозирования времени контакта с порталом. С каждым разом «норы» становятся всё непредсказуемее. Так что у меня здесь полно работы по части физики.
– И… – добавила мама, – Управление порталами – что контролирует все используемые порталы – начинает сомневаться в нашей надёжности; они бы предпочли поставить сюда своих людей. Сейчас мы вроде как на испытательном сроке, и жалоба мисс Ардман хорошей репутации нам не сделает.
– Но это же не сработает, – возмутился Чарли. – Если инопланетяне – это огромный секрет, как же они будут заниматься этим, не вызывая подозрений?
– Вы видели мисс Ардман, – возразил папа. – Она выглядела как инопланетянка?
Амелию передёрнуло:
– Ещё бы!
– Нет, в смысле, когда она только приехала. Она была в человеческом обличье, верно? Все наши инопланетные гости, как и все проверяющие из Управления, будут использовать голоизлучатели. Том, у тебя нет с собой – показать?
Старик помрачнел ещё больше:
– Нет.
– Ну, что ж, – продолжал объяснять отец. – Они великолепны. По сути, это часовой механизм с кристаллическим ядром. Такие маленькие цилиндрики, которые закладываются в горло…
Амелия и Чарли изумлённо переглянулись. Мальчик сдержал улыбку.
– …и ты не просто выглядишь как человек, ты физически принимаешь его форму. То есть, прикоснувшись к мисс Ардман, вы бы ощутили не чешую, а настоящую человеческую кожу. Бесподобно.
– И опасно, – высказался наконец смотритель.
– Том, – начала было мама.
Но рассерженный мужчина прервал её:
– Нет уж. Если вы решили открыть детям правду, то говорите всю правду. Портал опасен. Не потому, что он ускоряется и теряет стабильность. Не потому, что Управление хочет вмешаться. Он опасен, потому что мы находимся прямо посреди межгалактической супермагистрали – в самой гуще движения, абсолютно не защищённые, и надеемся, что в нас никто не врежется.
– Том, – предупреждающим тоном произнесла мама, – не пугай их…
– Нет, я буду пугать, – возразил Том. – Я хочу, чтобы они боялись. Только напуганные дети всерьёз воспримут, что им говорят, и будут держаться от портала как можно дальше. У напуганных детей будет фора процента в два, если Крскин когда-нибудь…
– Верно! – воскликнул папа, встав и хлопнув в ладоши. – Очень верно подмечено, спасибо, Том! Ну, что ж, отлично поговорили. Ребята, можете идти!
– Н-но… – запротестовала Амелия.
– Ой-ой-ой! – повысил голос отец, отказываясь слушать. – На выход! Живо!
Девочка не стала возражать. При имени «Крскин» волосы у неё встали дыбом. Она понятия не имела почему, но больше и слышать не хотела о том, что происходит в пещерах под домиком Тома.
– Чарли, – окликнула Мэри. – Это большая тайна, не забыли?
– Да, мам, – буркнул он.
– Чарли, я не шучу. На самом деле я впервые настолько серьёзна. Ты можешь попасть в большую беду.
Чарли передразнил её мимику, повернувшись к Амелии, и друзья вместе отправились навстречу яркому ласковому солнышку. На краю мыса ребята заметили Джеймса: парень швырял камни в океан. Амелия решила пойти другим путём.
