– Я опросила работников парка, но они ничего не видели. Был вечер, в парке полно народу… – обратилась она к Ковалеву.
– И что, ни одной зацепки? – раздраженно спросил тот.
– Ну, есть один момент… – замялась Ирина. – В парке весь вечер работала народная дружина с механического завода – следили за порядком, двух пьяных задержали, драку какую-то разняли…
– С этого надо было начинать! – вклинился в разговор Липягин. – Кто был старшим группы?
– Тихонов из третьего отделения, – отрапортовала Овсянникова. – Я ему уже позвонила, но он ничего подозрительного не запомнил. Думаю, еще можно дружинников опросить, вдруг что-то подметили.
– Да, проверить надо, – кивнул майор. – Александр Семенович, я поехал на мехзавод!
– Давай, – устало махнул рукой Ковалев. – Возьми кого считаешь нужным и отработай по полной. Я буду у себя.
Липягин кивнул и поглядел на Витвицкого.
– Капитан, а поехали-ка со мной, – предложил он вдруг. – Я тебе приказать не могу, но ты бы пригодился.
Витвицкий растерянно огляделся, будто ища одобрения начальства, но Кесаев уехал, из начальства остался только его заместитель Горюнов. Он чуть заметно пожал плечами – мол, решай сам.
– Ну, хорошо…
– Добре, – кивнул Липягин. – Догоняй.
И он направился к своей машине. Капитан зашагал следом. Уже почти дойдя до кустов, Липягин обернулся:
– Овсянникова! Ира! Ты что застыла там? Фоторобот у тебя?
– Да, конечно, – кивнула старший лейтенант.
– Давай в машину, с нами поедешь, – распорядился майор и усмехнулся, глядя на расцветшего Витвицкого.
– Андрей, я сегодня сон видела… – сказала Фаина, заглянув в комнату.
Чикатило собирался на работу. Он стоял перед зеркалом в выглаженной рубашке и трусах, пытался завязать галстук.
– Что за сон? – спросил он, мучаясь с галстуком. Узел никак не желал выходить ровным.
– Дурацкий… – вздохнула Фаина. – Даже рассказывать не хочу. До сих пор страшно.
– В газете писали – сны это всего лишь отражение мыслительных процессов в состоянии покоя, – важно поведал мужчина. – Вот ты перед сном посмотрела кино, книжку почитала, детектив какой-нибудь, а потом во сне твой мозг все это переработал сам по себе, и получилась какая-нибудь ерунда.
– Предчувствие у меня плохое… – зябко повела плечами Фаина. – С этой твоей новой работой… Ладно хоть по командировкам мотаться не придется.
– Командировки, Фенечка, это не самое страшное. Главное, чтобы люди подобрались хорошие. Коллектив!
Чикатило оценил свое отражение. Узел снова вышел кривым, а хвосты неровными. Он с досадой распустил галстук и принялся вязать его по третьему кругу.
– У тебя всегда все хорошие… – проворчала жена. – А потом подставят, как с аккумулятором.
– Да, может, это вообще ошибка какая-то была…
– Хороша ошибка – сколько месяцев на них бесплатно пахал! Да что ты там делаешь с этим несчастным галстуком?! Давай сюда!
Фаина развернула к себе мужа и быстро и ловко завязала ему галстук.
– Ну вот, готово.
– Спасибо, – Чикатило дежурно чмокнул жену в щеку.
Кесаев сидел за столом. Напротив него стоял Горюнов, что-то докладывал, но полковник последние минут пять слушал его вполуха. В голове крутилась мысль, не мысль даже – идея, за которой терялось все остальное.
– А капитан Витвицкий уехал с Липягиным на мехзавод опрашивать возможных свидетелей из ДНД. Они вчера парк патрулировали, – закончил Горюнов и замолчал.
– Это правильно, – Кесаев вырвался из плена собственных мыслей, – может, что-то они и нароют. Если уж Липягин засомневался в виновности Жаркова и остальных… Хотя вряд ли. Этот убийца действительно по-своему уникален. И поймать его обычными методами, как мы уже убедились, невозможно.
– Может быть, тут какая-то специальная подготовка? – предположил майор. – Или он использует химические препараты? Ну как можно в парке, полном народу, совершить все те действия…
– Если бы он был обычным человеком с подготовкой, во-первых, он бы хоть раз да прокололся, а во-вторых – мы бы о такой подготовке знали, – не согласился полковник. – Диверсантов, шпионов, спецагентов, их ведь люди готовят. То, что один человек сделал, другой всегда может если не повторить, то хотя бы понять… А тут…
– Тимур Русланович, так, может быть, профессор ошибся? Может, убийца-то – псих, а мы его пытаемся вычислить как нормального?
– Психи, Олег, не умеют вот так тщательно заметать следы. Псих всегда попадается на мелочах. В общем, пока я тебя ждал, я тут покумекал… надо расширить охват и географию поисков. Чтобы везде, на платформах электричек, автобусных остановках, возле дач, парков, гаражей, а самое главное, там, где есть кусты, деревья, заросли всякие, в общем, лесопосадки и лесополосы, так вот, там везде должны быть наши люди. Патрули, дээндэшники, участковые, БКД и так далее.
– Вы его загнать хотите, как на охоте?
– Загнать, выгнать, напугать… – раздраженно бросил следователь. – Я хочу, чтобы эта тварь перестала убивать! Подготовь мне всю статистику с учетом тех данных, что привезли Витвицкий с Овсянниковой из командировки. И чем скорее, тем лучше.
– Понял, сделаю. Разрешите…
– Иди, Олег, иди… – отмахнулся Кесаев.
