Чинди полностью

Джеральд? Он имел в виду Джорджа, прекрасно зная, что тот — руководитель экспедиции. Но подразумевалось, что на самом деле они — мелкие людишки, ничтожества.

— Я известил о последних новостях директора и рекомендовал по достоинству оценить твое участие в экспедиции . — На нем был светло-коричневый пиджак с эмблемой космической экспедиции на левом плече. Хатч не могла отчетливо разглядеть ее. — Порадуйся — тебе больше не придется работать в одиночку . — Могамбо сделал такое движение, будто, приводя себя в порядок, сунул руку в карман пиджака. — Помощь уже в пути .

— Хорошо, — произнесла она, не обращаясь ни к кому конкретно и не скрывая, что ей все равно, кто эта помощь. Лишь бы не он .

— Мы реквизировали «Лонгворт» и рассчитываем прибыть к вам в течение семнадцати дней. Я полагаю, ты проследишь, чтобы до тех пор там ничего не трогали . — «Не сломали. Не свалили. Не хватали», — продолжила Хатч про себя его мысль. — Хатч, я уверен, ты понимаешь, что чем меньше дилетантов крутится около находок такого сорта, тем лучше для всех нас . — Он уже был готов закончить разговор, когда вспомнил что-то еще: — Между прочим, будь в курсе, что пресса и прочие средства информации тоже в пути. Здесь, на станции, как раз оказалась команда от Объединенных Наций, которая делает всякие сериалы. Не знаю уж, о чем. Но когда начнет распространяться волна слухов по поводу Убежища, эти ребята мигом бросят все свои дела. И рванут к вам со всех ног . — Он старался изобразить досаду, но у него плохо получалось. — Полагаю, нам достаточно быть к ним просто терпимыми. И вообще, все отлично, Хатч .

И он исчез с экрана.

Могамбо нужен здесь в последнюю очередь. Где же, в конце концов, археологи?

Во всем этом было нечто комичное. «Лонгворт», громадный грузовой корабль, использовали исключительно для поставок продовольствия и основного оборудования на Каракуа, где непрерывно велись строительные работы. Он был старый, тесный, массивный и, разумеется, без того «богатства» и «роскоши», которые предпочел бы Могамбо.

— Должно быть, это все, чем они располагают, — сказал Тор, читая ее мысли.

— Что мне хотелось бы сделать, — заявил Джордж на третий день их пребывания в Убежище, — так это вновь установить здесь силовое защитное поле. И реанимировать средства жизнеобеспечения. Для нас здесь самое главное вернуть все в исходное состояние. — И как ты планируешь осуществить это? — спросила Хатч.

Его брови поползли вверх.

— Я хотел услышать это от тебя . Ведь ты же можешь , разве не так?

Хатч взглянула на него, как будто он лишился рассудка. Я всего лишь девочка из маленькой деревни .

— Это невозможно, — сказала она. — Даже если бы мы и смогли разобраться в том, как работает это оборудование, то у нас нет никаких оснований считать, что устройства, которым около трех тысячелетий, будут нормально функционировать.

— Весьма прискорбно слышать это, — заметил Джордж. Там, откуда он явился, не было ничего невозможного. Там не существовало такого, как «не в состоянии решить прикладную задачу». Считалось, что это всего лишь вопрос упорства и изобретательности. Джорджу очень нравилась Хатч, однако она очень быстро сдавалась. Но он был уверен, что она никогда бы не повела себя так в мире бизнеса.

Он вышел, повернулся спиной к обрыву и небосводу и принялся изучать длинное овальное здание, его круглое окно, настилы-веранды, параболические антенны, думая о том, что самое большое удовольствие ему доставил бы свет в окнах этого дома. Он хотел получить возможность отключить защитный костюм, пройтись по внутреннему двору, пообедать на кухне, беспрепятственно выспаться в куполе, прожить несколько дней в доме, каким он был прежде . Когда он изложил этот сентиментальный вздор Аликс, та прониклась полным сочувствием, но и она считала, что это невозможно. По крайней мере до тех пор, пока не появится многочисленная помощь.

Но тогда заниматься этим было бы поздно. Все здесь заполнили бы специалисты, а командовал бы ими этот Могамбо, и все шло бы не так, как в старые добрые дни.