О зерне надо думать усердно. Без зерна не будет городов, а без городов не будет цивилизации. Эйриху было плевать на римлян, но не на их цивилизацию. Цивилизацию он хочет сохранить, чтобы в городах были тёплые ванны и туалеты, чтобы во дворце его всегда была горячая еда, а ещё, чтобы зимой его будущий дворец обогревался гиппокаустом. (2) Ещё, чтобы фабрики продолжали свою работу, снабжая будущие легионы Эйриха оружием и бронёй, а также осадными машинами.
Ему было горестно вспоминать сведения, полученные от его невольника, философа Ликурга: оказалось, что в ныне заброшенных Лауриакуме, Аквинкуме и Карнунтуме какие-то жалкие десятилетия назад находились настоящие оружейные фабрики, производившие щиты, коими снабжались все легионы Западной империи. Эти города стояли в Паннонии, но их забросили после частых набегов квадов и вандалов. Мастера и иные жители бежали в Сирмий, ныне славящийся превосходными щитами, кои Эйрих никак не может закупить, ведь императорского разрешения у него нет и не будет…
«Завоевание Западной империи даст глупцам только золото, а мне дарует потрясающую мощь римских фабрик…» — посетила Эйриха приятная и жизнеутверждающая мысль. — «И я своего не упущу».
Но всего этого не будет, если римляне вымрут с голоду, поэтому «римская проблема» — это также «эйрихова проблема». И лучше ему иметь готовые решения до того, как они возьмут власть в Риме.
«Надо говорить с разными римлянами, находить магнатов-латифундистов, они точно должны что-то знать», — выработал он способы добычи жизненно важной информации. — «Ещё было бы неплохо…»
Снова заклевало, Эйрих перехватил удилище, но быстро понял, что хитрая рыба сумела сорваться с крючка. Но только он собирался вытаскивать из воды крючок, как его с неожиданной силой потянуло. Пришлось вновь перехватывать удочку и бороться с очень крупной рыбой, решившей поживиться с крючка дармовой пищей.
— Ух! — чуть не рухнул Эйрих в воду, когда удочку в очередной раз неистово дёрнуло.
Тактику он выбрал старую — дать рыбке порезвиться, чтобы она израсходовала все свои силы, а потом уже подсекать. Леска у него из шёлка, должна выдержать даже самую крупную речную рыбу.
Борьба продолжалась долго. Рыба никак не желала сдаваться, не желал её отпускать и Эйрих. Леска не подвела, но начала трещать удочка, поэтому он перехватил её повыше и продолжил противостояние.
Воины из охранения тихо подбадривали его, кое-кто уже забился на спор, а Эйрих сосредоточился на противодействии метаниям рыбы.
Наконец, он руками почувствовал, что противник сдаётся, но рисковать не стал, движениями удочки побуждая рыбу метаться. А вот когда её начало «таскать» вслед за движениями Эйриха, он с достоинством вытащил рыбу на поверхность.
Это оказалась здоровенная кумжа, позарившийся на остатки червячка.
«Погибла она очень дёшево, ей должно быть обидно», — констатировал Эйрих, извлекая измотанную кумжу на берег.
Взяв рыбу за жабры, Эйрих примерно взвесил её.
— Почти полталанта, если не ошибаюсь… — произнёс он. — Хороша!
Воины радовались добыче чуть ли не больше. Одобрительные возгласы победителей, а также недовольное ворчание проспоривших — хоть какое-то развлечение.
— Претор, может, пойдём уже? — спросил один из воинов. — Этой рыбёхи хватит, чтобы накормить десяток!
Эйрих оглядел воинов неопределённым взглядом, затем посмотрел на спокойную реку, в которой водится ещё очень много рыб…
— Ладно, пора уже, — решил он. — Заберите стул, об удочке я сам позабочусь.
Спустя, примерно, полчаса, они уже были в лагере, где Эйрих передал добычу Хрисанфу, чтобы тот не дал рыбе пропасть зря, а сам пошёл к Инцитату. Лагерь был собран, а воины готовы к выдвижению.
Это значит, что пора в путь.
Слегка потрёпанное в прошедшей битве войско прибыло к стенам Патавия ближе к полудню. Эйрих внимательно осмотрел городские стены и обнаружил на них множество защитников.
Брать город он не собирался, но римляне об этом не знают, поэтому имело смысл побеседовать с его властями и стребовать небольшую дань за отсутствие беспокойства со стороны Эйриха.
— Ставьте наши грозные орудия, величайшие инженеры эпохи! — с усмешкой приказал Эйрих.
Незадолго до прибытия к городу, Эйрих распорядился нарубить леса и заготовить имитации осадных машин. Имитации делали под чутким руководством самого Эйриха, а тот опирался на иллюстрации из трактата «Устройство военных аппаратов и катапульт» авторства Битона. Верёвки в нужных местах, жилы накручены где надо, даже приспособили бронзовые чаши под метательные лукошка — всё, как положено. Издалека эти «машины войны» будут выглядеть не хуже настоящих.
Наверное, это было влияние настроения, но Эйрих решил озадачить воинов дополнительной работой и приказал построить почти настоящую осадную башню, совсем как у Битона.
«Ну… почти как у Битона», — широко заулыбавшись, подумал он.
