Вначале (в сентябре 1219 г. –
В походе на запад Чингисхан использовал плененных в Китае военных специалистов (инженеров и артиллеристов-камнеметчиков. –
Гайр-хан со своей стороны приготовил все для сражения внутри города, поставил у ворот пехоту и конницу, а сам взобрался на стену; и, глядя оттуда, он укусил себя за тыльную сторону ладони, изумившись неожиданному зрелищу. Ибо он увидел, что равнина превратилась в бушующее море бесчисленного множества людей и превосходных войск, а воздух наполнился криками и гулом от ржания лошадей в доспехах и рычания львов в кольчугах…
Армия окружила крепость, образовав несколько колец; и когда все войска собрались там, Чингисхан направил всех полководцев в разные стороны. Своего старшего сына он послал в Дженд и Барджлык-Кент (развалины Дженда находятся неподалеку от Кзыл-Орды (бывший Перовск) на правом берегу Сырдарьи; Барджлык-Кент располагался между Джендом и Сугнаком. –
Так как повсюду могла быть использована конница, гарнизон продолжал сражаться, не переставая, и продержался пять месяцев. Наконец, когда положение жителей Отрара стало отчаянным, Карача предложил Гаиру прекратить сопротивление и сдать город монголам. Но Гаир знал, что это он был причиной этих бед, он и не мог надеяться на то, что монголы его пощадят; и не было у него ни одной лазейки, через которую можно было бы ускользнуть. Поэтому он продолжал сражаться изо всех сил, зная, что перемирие было бы неразумным, и слышать не хотел о сдаче.
«Если, – сказал он, – мы предадим своего властелина (имея в виду султана), как оправдаем мы свое вероломство и как избежим упреков мусульман?»
Карача со своей стороны не упорствовал в своих доводах, а дождался, когда солнце стало невидимо миру и темная ночь накрыла день своим подолом. Тогда он предпринял неожиданную вылазку из ворот Суфи-Хана.
Татарская армия ночью вошла в те ворота и захватила Карачу в плен… Его доставили к царевичам вместе с несколькими его офицерами. Царевичи сочли нужным тщательно его допросить. Наконец, они воскликнули: «Ты изменил своему господину, несмотря на долг перед ним за былые милости. Поэтому и мы не можем рассчитывать на твою верность». И они подвергли пыткам его и всех его спутников и сделали их мучениками; а всех виновных и невинных жителей Отрара, тех, кто носил чадру, и тех, на ком был тюрбан и кулах, выгнали из города, словно стадо овец, и монголы унесли с собой все добро и все товары, которые смогли найти.
