Время от времени, Эйрих аккуратно разворачивался в седле, чтобы сделать вид, будто собирается пустить стрелу в преследователей. Но нет, стрелы ему было жалко, поэтому столь напрасно он их расходовать не собирался.
Римляне шли за ним, пытаясь поддерживать плотную формацию, а затем, на определённом этапе, отстали.
«Подумали, что я веду их в засаду», — мысленно предположил Эйрих. — «Их командир далеко не дурак…»
Решив, что так дело не пойдёт, Эйрих двинул Инцитата по дуге, чтобы обогнуть местоположение римлян и зайти к ним с тыла.
Ему было жаль, что не удалось свалить их командира — стрела попала куда он хотел, но броня оказалась слишком крепкой. Шилообразный наконечник должен был пройти через кольчугу и пригвоздить руку к туловищу, чтобы римлянину было, чем себя занять, помимо командования своей сотней. Но не получилось, поэтому Эйриху оставалось лишь искренне расстраиваться от неудачи и мысленно обещать римлянину скорую смерть.
Римские лучники, коих в отряде было человек двадцать, не успели ничего предпринять, когда Эйрих осуществил атаку — лишь несколько лучников имело готовые к бою луки, но даже они не успели взять прицел и выстрелить по коннику.
Качество лучников у них оставляет желать лучшего, что неудивительно, ведь они не живут этим так, как живёт Эйрих. Когда лук — это инструмент для выживания, показатели меткости и скорости стрельбы достигаются совершенно иные…
Объезжая римлян, Эйрих, неожиданно для себя, наткнулся на ещё один отряд. Двадцать римлян двигались параллельно своим соратникам и тоже оказались удивлены неожиданной встрече.
— Взять его!!! — закричал командир этого отряда.
Он был облачён в чешуйчатую броню с кольчужными наплечниками и сияющий серебром шлем с навершием из красных перьев. В руках его были короткий меч и овальный щит белого цвета, как и у остальных в этой двадцатке. У них нет лучников, что было приятной новостью для Эйриха.
Пока никто не спохватился, он вскинул лук и послал стрелу в самого ближнего к себе легионера. Попадание пришлось в правое бедро, хотя Эйрих целился в паховую область, как наименее защищённую. Жертва пронзительно заорала от неожиданной боли и упала на жёлтую лесную листву.
Остальные живо смекнули, что дело принимает серьёзный оборот, и закрылись щитами.
Эйрих развернул коня и поехал прочь. И это было очень вовремя, потому что рядом с его головой с воем пролетело что-то металлическое и острое.
Развернувшись в седле, он увидел, что легионеры замахиваются в его сторону маленькими дротиками[52] — тут расстояние шагов восемьдесят, поэтому он сильно сомневался, что у них что-то получится. Но рисковать Эйрих не стал и ускорил лошадь, чтобы удалиться от неожиданно опасных римлян подальше.
Комит Иоанн Феомах, до сих пор сидящий в тюремной яме под деревянной решёткой, говорил что-то о дротиках на вооружении легионов, но при германской ауксилии ничего подобного не было. И вот оно, неожиданное знакомство Эйриха с чужим оружием.
У Октавиана и Марцеллина было только о пилумах, длинных дротиках, предназначенных для порчи щитов супостатов. Но эти дротики…
«Придётся бить с дистанции, а это большой расход стрел», — пришёл к неутешительному выводу Эйрих.
Но выбора нет, надо трепать их так, чтобы они разозлились и захотели отомстить.
Выбрав относительно свободный от деревьев маршрут, он пустил Инцитата трусцой и начал выбирать наиболее подходящую цель для следующей стрелы.
Римляне же, руководимые своим командиром, построились в стену щитов и не ждали от Эйриха ничего хорошего. Раненый лежал в глубине строя и кричал — похоже, ему экстренно извлекают стрелу из ноги. Только вот наконечник держится на добром слове Эйриха, впрочем, как и у остальных лучников. Поэтому единственный способ — протолкнуть стрелу дальше. Или у римлян нет опыта ранений стрелами, или раненый воет сам по себе.
Из-за особенности построения на скаку попасть можно, разве что, в чей-то щит, поэтому Эйрих остановил Инцитата и вскинул лук. Шестьдесят шагов — могут докинуть свои дротики…
«Делаешь — не бойся, боишься — не делай», — подумал рискующий Эйрих.
Он выпустил три стрелы, две вонзились в щиты, а третья проникла куда-то между щитами, с неизвестным результатом. С фланга построения выскочило трое легионеров, замахнувшихся для броска. Эйрих выпустил по ним одну стрелу и дёрнул Инцитата в рывок.
Стрела попала в грудь ближайшего метателя, остановив его бросок. Остальные метнули в сторону Эйриха свои дротики, но результата это не принесло.
Теперь они достаточно злы. Эйрих поехал прочь, продолжать свой обходной манёвр.
— Гунн, мы найдём тебя!!! — донеслось до него со стороны римлян.
Эйрих даже не сомневался, что найдут.
По лесу на коне скакать неудобно, рискованно, но Эйрих в бою, поэтому вынужден немножко рисковать.
Минут десять спустя, он оказался в тылу римского строя, решившегося, наконец-то, двигаться следом за ним.
На этот раз, их командир выставил по десятку в авангарде и в арьергарде.
