Александр Ковальский гнал внедорожник прочь от вулкана Марра, пока все остальные смотрели на Марго. В руках она держала заветную каменную сферу, добытую в Триумф-Паласе, казалось, целую вечность назад. В рюкзаке, лежавшем у ног девушки, покачивались в такт движению автомобиля, пять статуэток египетских божеств.
Даже не верилось, что этот момент наконец настал и все они ещё живы. Штефан Ратцингер, Альберт Ряховский и Алиса Маркова не сводили глаз с артефакта на коленях у Маргариты.
Они дождались, когда Ковальский выедет на дорогу, и начали то, что Ратцингер успел окрестить «церемонией открытия». Затаив дыхание, Марго аккуратно установила статуэтки в положенные им пазы. Ра на северном полюсе, а остальные по экватору. Затем провернула четыре последних до упора. Из недр сферы каждый раз доносился приглушённый щелчок. Тонкие, изящные, хоть и немного огрубевшие после всех этих смертельно опасных злоключений в древних храмах пальчики девушки взяли за плечи фигурку Ра. Плавно выдохнув, Марго и её тоже повернула до упора.
Прямо на глазах у беглецов загадочный артефакт распался: на месте линий появились щели, а сам шар стал казаться хрупким и неустойчивым. На самом деле он был полым, собранным из тонких каменных лепестков, соединённых металлическими петлями, которые все пятеро прежде приняли за декоративные прожилки. Чувствуя, что конструкция в её руках оказалась более хрупкой, чем изначально казалось, Марго аккуратно толкнула статуэтку Ра назад. Участок сферы, к которой крепилась фигурка, стал подниматься вместе с ней, как будто девушка пыталась заглянуть в волшебный горшок ирландского лепрекона. Когда Маргарита повернула секцию сферы на петлях, как крышку шкатулки, стало ясно, что достать содержимое не выйдет: ладонь ни одного из присутствующих туда не пролезала.
– Возможно, мы ещё не до конца открыли сферу? – предположила Алиса.
Марго потянула за голову фигурки Ра ещё сильнее, отчего от сферы отделилась задняя секция, где заняла своё место только что обретённая Нут. Стенка опустилась, разблокировав тем самым две соседние. Девушка поочерёдно повернула вниз каждую, а затем и последнюю, переднюю.
Теперь открытая сфера сеттитов, лежащая у неё на сомкнутых вместе коленях, чем-то напоминала распустившийся цветок лотоса. Хотя сам принцип скорее наводил на мысли о бумажном кубе, который можно разложить в тау-крест. На дне артефакта был вырезан небольшой постамент с углублением, в котором крепко держалась ещё одна статуэтка, до боли знакомая всем участникам экспедиции.
Вытянутая и загнутая книзу морда чужеродного этому миру существа, узкие злобные глаза придавали фигурке из чёрного мрамора весьма зловещий вид.
– Сет… – протянул Ратцингер. – Заново рождённый из недр этой сферы. Точно Брахма в индуизме…
– Это распространённое его представление? – спросила Алиса заинтригованно.
– Ни разу ничего подобного не встречал, но вполне возможно, что сеттиты заложили в этот артефакт именно такой смысл. Все пять божеств: Ра, Шу, Тефнут, Геб и Нут – дали часть своего могущества повелителю культистов и в конечном итоге породили воплощение хаоса, владыку всех стихий. Всё в точности, как мы с вами и предполагали.
– Статуэтка, спрятанная в сфере, которую открывают разбросанные по всему Древнему Египту другие статуэтки, это, конечно, чудесно, – с нескрываемым раздражением сказал Ковальский, – но это не золотой город, который мы тут ищем, рискуя жизнями.
– Да уж, – согласился Ряховский. – Только не говорите, что вы опять напортачили, Ратцингер, и всё это было зря.
– Должно быть ещё одно, последнее указание, – не растерялся немец, внимательно рассматривая внутренние поверхности сферы, прежде скрытые от любопытных глаз.
– А вот это не оно? – Марго провела ногтем по едва заметной ленточке иероглифов у постамента статуэтки.
Вглядевшись в очертания пиктограмм, она в очередной раз попыталась их перевести. Иероглифы сложились в одну единственную фразу.
Ратцингер нахмурился и, вооружившись лупой, пристальнее изучил символы в свете внутреннего освещения машины. Краткость последнего послания его, видимо, никак не смутила.
– Здесь ваш перевод не вполне корректен, Марго, – заметил он, почти вплотную поднеся линзу к сфере. – Это сочетание знаков означает скорее «кровных», а не «кровавых».
– Кровные узы? Речь идёт о родственниках? – насторожилась Алиса. – Но мы навестили всех его предков! О ком ещё речь?
– Семейный храм? – предположил Ковальский. – Вроде Саграды Фамилии в Испании? Храм святого семейства.
