Прислонившись к задней стене лифта, я сжала в ладони тако. Это моё третье тако. Я практически уверена, что захочу четвёртое, но пока что сосредоточилась на поедании третьего так, чтобы не рассыпать всё по полу лифта.
«Да нахер лифт, — тихонько прорычал он в моем сознании, вновь поддев меня локтем и светом. — Для этого и существуют слуги. Я хочу поговорить о поцелуе».
— Слуги? — я подняла на него взгляд, фыркнув.
— Сотрудники. Какая разница.
Люс обернулась на нас через плечо. Переглянувшись со мной, она улыбнулась, покачав головой. Я широко улыбнулась в ответ, затем откусила ещё кусочек тако.
«Ты целовала его, — послал Блэк, вновь поддев меня. — Полностью пустив в дело язык. Ты буквально целовалась с ним взасос, когда я поднялся на ту пожарную лестницу, док».
Я закатила глаза. «Ты действительно ожидаешь, что я удостою это ответом? — я фыркнула. — Он меня не убил. Я думала, раз я жива… ты жив… никого из нас не забрал Солоник, никого не скинули с крыши. Значит, можно назвать это победой».
«Ты даже не будешь притворяться, будто чувствуешь себя виноватой? Из-за того, что мне пришлось увидеть тебя с Ником? Увидеть, как ты засовываешь язык ему в горло?»
Всё ещё прожёвывая полный рот, набитый тако с чили верде, я с неверием уставилась на него. «Так вот из-за чего твой гипер-собственнический настрой в данный момент? Ты действительно видишь конкуренцию в том, что меня укусил и поцеловал чёртов вампир?»
«Не „вампир“, — послал он выразительно. — Ник. И помнится мне, ты очень сильно возражала против того, чтобы вампиры касались каких-либо частей моего тела, Мири».
Я наградила его суровым взглядом. «Даже не начинай, Блэк».
«А почему, блядь, нет? — он фыркнул, и злость выплеснулась из его света, когда он прислонился к стене и взялся за медный поручень руками. — В чём разница? По сравнению с тем, когда меня ядом принуждали делать это с людьми, которых я ненавидел? Тогда как ты делала это с Ником. Ником — парнем, с которым ты добровольно целовалась, когда он был человеком».
Я раздражённо выдохнула. «Мы с тобой тогда не были вместе, Блэк».
«Дерьмо собачье. Тогда мы были вместе. И ты только что снова целовалась с ним. С тем же парнем. Ником. Только в этот раз я видел это своими глазами».
«Он не тот же парень, — раздражённо послала я. — В настоящее время Ник — вампир, Блэк. На случай, если ты не заметил».
«Это всё равно Ник», — упрямо повторил он.
Покачав головой и стараясь удержать свинину и соус в лепёшке тако, я закатила глаза и раздражённо выдохнула, откусив ещё кусочек.
«Да он, наверное, сделал это только для того, чтобы позлить тебя, — проворчала я после паузы. — Учитывая то, что он написал на нашей стене, не думаю, что Ник помешался на мне, Блэк».
«Дерьмо собачье. Он, блядь, не мог оторвать от тебя взгляд во время встречи».
Но мыслями я вернулась ко вчерашнему дню и тому, что мы обнаружили, когда вошли в пентхаус. Вспомнив Кико, вспомнив, что Ник написал кровью на стене квартиры, которую я делила со своим мужем, в месте, куда Ник приходил смотреть фильмы, ужинать, проводить время и общаться, моё веселье угасло вместе с моей улыбкой.
«Мы ведь туда не пойдём? — послала я, посмотрев на него. — Этой ночью».
Улыбка Блэка тоже померкла.
— Нет, — сказал он вслух.
Он пальцами показал на панель управления в лифте, и я глазами проследила за этим жестом. Светилась не только кнопка пентхауса.
