— Просто будь осторожен, — сказал Блэк.
На этот раз его голос звучал чуть менее напряжённо.
Совсем чуть-чуть.
Когда Кеон, наконец, выпрямился и отступил назад, я снова услышала крики на берегу.
Мой взгляд метнулся на звук как раз вовремя, чтобы увидеть Нарцисса и трёх членов команды безопасности Яррика, идущих через дюны между лодочным сараем и парковкой для доков.
Маршалл шёл позади них по мягкому сухому песку, а за ним следовал Фурнье, который заламывал руки, снова надев панаму, только сегодня с ярко-красным шарфом, повязанным вокруг шеи поверх рубашки и белого пиджака.
Должно быть, он заменил им чёрный галстук, который был на нём накануне. Он по-прежнему носил золотые запонки и часы; я видела, как они блестели на солнце на его запястьях.
Блэк осторожно опустил меня на песок.
Осторожно развернув меня лицом к себе, он оглядел меня, поморщившись, стиснув челюсти и почти побледнев. Я почувствовала в нём что-то вроде паники, когда он попытался оценить повреждения моего тела так объективно, как только мог. Он перевёл взгляд с пореза на моём бицепсе на кровь, стекающую по другой руке, на порез на груди, на бедре, на лбу.
Он осторожно дотронулся до моего бока и отдёрнул руку, когда я поморщилась.
Я видела, как он подмечал кровотечение, глубину ран, сколько крови было на моей одежде, стекало по шее, рукам и ногам.
Я знала, что он ищет самые опасные из моих ран.
Я не только видела, но и чувствовала, как он пытается оценить серьёзность каждой из них.
Я ощутила его ужас, когда он попытался решить, может ли какая-то из этих ран убить меня, и может ли их сочетание оказаться фатальным. Я чувствовала, что он беспокоится о внутреннем кровотечении, повреждении почек, сломанных рёбрах, пробитых лёгких.
Я покачала головой и потянулась, чтобы взять его за руку.
Я даже не заметила, насколько окровавлены мои пальцы, пока он не вздрогнул.
— Нет, — сказала я ему. — Нет. Я в порядке.
Его челюсти сжались ещё сильнее.
Я видела, что он изо всех сил старается сохранять спокойствие.
Я видела, что отчасти ему хотелось начать кричать на меня.
Я видела, что это совершенно иррационально.
Так или иначе, это лишь тронуло его.
— Поможешь мне? — сказала я, произнося это почти как предложение. — Что думаешь? В передвижную лабораторию? На курорт? Или нам лучше поехать в больницу в Вайкики?
Глаза Блэка заблестели.
Встретившись со мной взглядом, он только кивнул.
По его лицу я видела, что он всё ещё не доверяет себе, чтобы говорить.
Прежде чем я успела обдумать свой собственный вопрос, и тем более решить, куда нам направляться, Блэк наклонился и осторожно обхватил меня за плечи и под колени. Он постарался поднять меня так, чтобы мои ушибленные рёбра и бок оказались снаружи, а не прижимались к его телу.
Двигаясь так плавно, словно я весила всего несколько килограмм, он поднял меня к своей груди, крепко прижимая к себе.
Я не спорила.
Любое движение в принципе вызывало адскую боль в боку, но я не жаловалась.
К тому времени от адреналина у меня уже болел живот.
Закрыв глаза, я прижалась к его груди, положила голову ему на плечо и стала подавлять ту часть себя, которая всё ещё хотела либо бороться, либо бежать. Я знала, что до сих пор могла непроизвольно прыгнуть куда-либо.
Присутствие Блэка помогало мне обрести почву под ногами.
Я почувствовала, что начинаю расслабляться через его свет, этот плотный, вулканический свет.
Я смутно осознавала, что Нарцисс говорил что-то Блэку, говорил, что мы должны остаться здесь, что у него есть вопросы к нам, ко мне.
Я не знаю точно, что сказал ему Блэк.
Там было задействовано много ругательств.
Я слышала, как Фурнье и Кеон тоже кричали на Нарцисса, причём Фурнье явно не верил, что кто-то может быть таким бессердечным, а Кеон казался почти таким же обезумевшим, как Блэк.
Я слышала, как кто-то упомянул вертолётную площадку.
Я услышала, как другой голос сообщил, что кто-то уже в пути.
Всё это не имело никакого значения.
Я знала, что Блэк позаботится обо мне.
Я знала, что он доставит меня туда, куда мне нужно.
Пока я думала об этом, он шёл со мной, тяжело ступая по песку и неся меня через сухие дюны.
Прежде чем он добрался туда, куда собирался, прежде чем он вытащил нас обоих из рассыпающегося сухого песка на асфальт, я уже начала отключаться, всё ещё держа голову на его плече.
Последним, что я помнила, был звук сирены вдалеке.
Блэк не хотел оставлять её.
Он не хотел оставлять её там одну.
Он также не мог заставить себя просто сидеть здесь, особенно после того, что случилось.
Бл*дь, он не мог просто сидеть здесь и ждать, пока кто-нибудь снова попытается её убить.
Вытянув из своего сознания каждую крупицу информации, которую он только мог вспомнить, он отправил всю эту кучу разведданных в Барьерную конструкцию в Сан-Франциско.
Он передал им всё.
Всё, что он видел и узнал о теле на пляже, которое взорвалось, и о той чёрт-знает-что-за-твари, которая атаковала Мири, которая казалась тем же самым.
Он прислал им имена всех причастных лиц, а также всё, что знал о каждом из них.
Он прислал информацию о «Блю Сейл».
