Видимость была настолько скверная, что Терри пришлось высунуться из окна, чтобы безопасно выехать на дорогу. Другой таксист мигнул фарами, пропуская его. Дождь еще усилился. Он бросил взгляд на мужчину и невольно фыркнул. Солнечные очки — в такую-то ночь! Ну и осел! Такая симпатичная девушка могла бы и получше найти. Она буравила спутника взглядом — что бы он ни говорил, ей это явно не нравилось.
Черт, забыл включить диктофон… Терри опустил левую руку вниз, включил. Вся надежда, что батарейки еще тянут. Проехав светофор, он опять украдкой глянул на них. Теперь она перешла в наступление и, похоже, очень разозлилась. Терри не мог слышать ни слова, но отдаленные раскаты ее гнева глухо доносились через стекло. Запись наверняка будет прелюбопытная.
Терри опять посмотрел в зеркало. Девушка перехватила его взгляд, явно недовольная тем, что он наблюдает. Лучше следить за дорогой. Они подъезжали к Саутгемптон-Роу, и справа шли два ряда машин, справедливо претендуя на дорогу впереди. Белый фургон подрезал Терри справа. На ближайшем светофоре Терри стал вровень с ним, опустил стекло и обложил водителя отборной бранью. Фургонщик перегнулся через пассажирское сиденье, открыл окно и ответил ему тем же. Терри уже разразился вторым залпом, когда стеклянная перегородка отодвинулась, и за спиной послышалось:
— Я выйду здесь. Везите ее дальше.
Не сводя глаз с водителя фургона, Терри отпер дверцу и продолжал:
— Ах ты, орангутанг вонючий! Случайно не из зоопарка сбежал, а?
Светофор переключился на желтый. Но фургонщик оставил это без внимания.
— А ну, мозгляк, выходи и повтори, что ты сказал!
Здоровущий громила. Самое время вспомнить правила для таксистов, установленные их компанией.
— Сам, черт побери, знаешь, что выйти из такси обойдется дороже моего жетона. В любое другое время я бы вышел и набил твою обезьянью харю.
— Да ну?
— А то!
Зеленый свет горел уже секунд пятнадцать, если не больше, и шоферы позади со злости уже чихать хотели на ярость белого фургона. Загудели клаксоны. Однако фургонщик жаждал продолжить разговор.
— Где живешь? Я попозже заеду, познакомишься с моим кулаком.
— В Криклвуде. Эйвон-роуд, двадцать два. Сегодня в полночь, идет? Бананчики за мной.
Фургонщик вконец рассвирепел и рявкнул:
— Ну, погоди, мозгляк паршивый…
Терри торжествующе ухмыльнулся, сделал на прощание оскорбительный жест и тронулся с места. От души посмеиваясь, он маневрировал в потоке машин, но старался держаться подальше от фургона.
— Вот дубина, а? Смеху-то будет, как он заявится в Криклвуд. Знаете, кто живет на Эйвон-роуд, двадцать два?.. Старикашка один, он составляет экзаменационные тесты. Посмотреть бы на харю этого придурка, как он припрется туда с монтировкой и разбудит мистера Хайнса. Обхохочешься, а?
Грейс не ответила. Он посмотрел в зеркало. Девушка глядела прямо перед собой, будто увидела привидение. Может, обомлела от его перебранки с фургонщиком? С девчонками так бывает, они терпеть не могут, когда парни ввязываются в перепалку.
— Не волнуйтесь, барышня. Так часто бывает. Но фургонщики только пердеть горазды… извините за выражение.
Он опять глянул в зеркало. Она по-прежнему смотрела прямо перед собой. Тут он вспомнил про ее ссору. Почему тот парень так быстро вышел? Может, он ее бросил? Девчонка прямо-таки в шоке.
— Любовная размолвка, да? Я тоже постоянно ссорился с моей невестой.
Ни слова. Ладно, последняя попытка.
— Здорово разругались, а?
Ответа нет. Ну и черт с ней. Терри включил радио и сунул руку к кнопкам вокмена. Каким-то образом тот отрубился сам. Пленка кончилась, что ли? Нет, быть не может, у диктофона есть автореверс. Скорее всего, батарейки сели. К счастью, это была просто любовная ссора.
Терри проехал к Гайд-Парк-Корнер, обогнул Белгрейв-сквер и по Понт-стрит направился в Саут-Кенсингтон. Он все еще обижался, что она игнорирует его. Расстроенная или нет, а несколько слов могла бы сказать. Бросив попытки поговорить, он решил и в зеркало не смотреть, пусть не думает, будто он очень интересуется ею и ее дурацкой ссорой. Даже сейчас, когда свернул с Олд-Бромптон-роуд в Редклифф-Гарденз, он не посмотрел назад. Только коротко спросил номер дома.
Девушка не отвечала. Терри нетерпеливо ждал.
— Послушайте, барышня. У меня полно работы. Спорьте с вашим дружком сколько угодно, лишь бы не за мой счет!
Она по-прежнему не шевелилась, просто смотрела вперед. Может, у нее с головой не в порядке? Только этого и не хватало — нервного припадка на заднем сиденье его такси. Что бы ей поругаться со своим приятелем в пабе, как все делают?!
— Так вы выходите или нет, барышня? Я, знаете ли, не могу стоять здесь всю ночь.
Терри разозлился. В сердцах вылез из кабины и распахнул дверцу. Дождь так и не кончился, и он начал промокать. Но девушка даже и теперь не соизволила посмотреть на него.
— Ладно, выходите. Я сказал, выходите. Сию минуту.
Никакой реакции. Он наклонился ближе. И тут что-то в ее лице заставило его вздрогнуть. Он немного смягчил тон:
— Вам плохо? — Он легонько взял ее за плечо и встряхнул. — Извините, если я был резковат.
