– Вик, ты сейчас перетерпишь, а завтра будет хуже. Это всё-таки рана, ей надо дать зажить.
– Да плевать мне, что будет завтра, – вытираюсь полотенцем. – Я сейчас хочу.
– Мне не плевать. У меня на тебя завтра ещё большие планы. И хотелось, чтобы ты кричала отнюдь не от боли.
– Всё понятно, ты эгоист.
– Конечно. Но в данном случае я бы поспорил. Малыш, – он нежно касается моего подбородка, – ну ты чего завелась, в самом деле?
– Я хочу сейчас… – жалобно кривя бровки, говорю я.
– Я тебе сейчас куни сделаю, не ной.
Ещё час назад я бы с удовольствием согласилась. Но не теперь. Теперь мне хочется только одного – ещё почувствовать его член внутри себя. Это какой-то другой уровень удовольствия. Я, наверное, латентная мазохистка, ведь это реально сейчас доставляет боль. Но я хочу эту боль, хочу ощущать это распирание внутри, полностью принадлежать ему, хочу, чтобы он меня трахал.
Кладу руку на его уверенно твёрдый член. Просто образец самоконтроля. Нашёл, когда поиграть в рыцаря.
– Я. Хочу. Его, – медленно выговариваю, двигая рукой по члену.
Ей Лонг где-то подливают или она издевается? Малого мне будто стоило вынырнуть из неё в ванной. Чёртова нимфоманка. Решила, что меня так легко развести. Ну что ж, посмотрим.
– Ртом будет убедительнее, – подсказываю ей.
– А во мне будет вообще шикарно, – усердно изображая сексуальный голос, говорит принцесса. Хотя, наверное, уже королева.
– Пока не готов рисковать завтрашним отвязным трахом, ради твоего сиюминутного бзика.
Опускается на колени. Блядь, у неё вообще тормозов нет. И как только дожила до восемнадцати целкой с таким запалом. Хотелось бы конечно верить, что это я растормошил этого демона, но неужели интересных парней совсем рядом не было? Хотя те очки…
Девчонка открывает свой сладкий ротик. Неуверенно проводит язычком по головке члена. Её неопытность в этом деле только заводит. Еле сдерживаюсь, чтобы не трахнуть её рот как следует. Так чтобы её большие глаза заискрили от панического удивления. Вот только после этого, вряд ли она ещё захочет меня видеть. А я пока её видеть очень хочу.
Она неумело засасывает член, задевая головку острыми зубками. Но я не хочу поправлять её или учить. Она прекрасна в своей искренней неопытности, и я бы с удовольствием снова кончил в этот восхитительный маленький ротик.
Но кончить она мне, конечно, не даст. Новоиспеченная нимфа хочет, чтобы я её трахнул. А я хочу быть у неё первым везде.
– Есть один вариант, – говорю, – куда ещё можно применить его сегодня.
– Лебедев, ты решил меня за один вечер лишить девственности во всех трёх местах?
– А почему нет? – как ни в чём не бывало говорит он.
– Потому, – встаю с колен и обвязываюсь полотенцем.
– Котёнок, зачем тебе это? – тянет за край полотенца, не давая мне его зафиксировать.
– Мне так комфортней, – резко выдёргиваю у него из рук край. – Раз ты всё равно не хочешь заняться со мной сексом, то и незачем мне голой ходить.
Завязываю на груди полотенце и демонстративно выхожу из ванны.
– Я-то очень хочу, – он выходит следом. – Даже варианты тебе предлагаю.
– ЭТО – не вариант. Это… я даже не знаю, как это назвать!
– Анальный секс, – спокойно говорит он.
– Что?!
– Я говорю, как это называется. Не понимаю, правда, почему он тебя так смущает, – Лебедев открывает холодильник. – Сок будешь?
– Потому что попа не для этого!
– Рот тоже, но это не мешало тебе с…
– Заткнись! Просто заткнись.
Киплю как чайник. Если он скажет ещё хоть слово о том, как я применяла свой рот, я за себя не ручаюсь! Зачем я только делала ему это?! Ладно по-пьяни, а сейчас? Доверилась, растрогавшись фантазиями о мнимом благородстве. И винить-то кроме себя некого, он ведь сразу сказал, что его волнует моё завтрашнее самочувствие в личных целях. А я уже додумала, что его просто волнует моё самочувствие. Идиотка.
Протягивает мне сок. Я не беру. Еле удерживаюсь, чтобы не зарядить им по его улыбающейся физиономии.
– Зря, – говорит и принимается читать состав с упаковки. – Ананасовый. Специально для рта.
– Ты невыносим! – психую и разворачиваюсь. Хочется одеться и свалить прямо сейчас.
Он хватает меня за полотенце и притягивает к себе. Силою захватывает мои губы, проникает языком, преодолевая моё сопротивление. Не хочу отвечать ему, хочу гордо вырваться, залепить пощёчину и уйти!
Но вместо этого таю как мороженка на печке с каждой следующей секундой сладкого поцелуя. Господи, ну почему я влюбилась в такого мерзавца?
– Мир? – спрашивает, отпуская мои губы.
– Перемирие, – выдыхаю я.
– Устроит. Знаешь, а я даже рад, что ты отказалась.
– Серьезно?
– Вполне. Я сегодня, если ты ещё помнишь, восемь раундов на ринге отработал, парочку из которых меня ни херово так пиздили.
Я как-то совсем об этом забыла. Столько событий произошло за вечер. А ведь он, наверное, смертельно устал и хочет спать. А я тут со своим полноценным сексом. Но это всё равно не оправдывает его грязное предложение.
– Прости, – сухо говорю. – Я об этом, правда, забыла. Ты, должно быть, хочешь спать?
– Не особо. Просто боюсь ударить в грязь лицом с усталости.
