Роно, Буну и Ригу в составе своей группы нужно было обойти без малого 21 поселение. От 50 до 100 километров пролегали между ними. День или полтора в пути, знакомство с поселением, разговор со старейшинами. На одно поселение они отводили 2–3 дня. Они планировали справиться за 1.5 месяца со всем. За это время остальные группы должны были привести поселение в точку сбора и начать строительство. Таким образом, три члена военной группы планировали провести в своем собственном поселении последнюю ночь. Это была их возможность провести время со своими подругами и детьми, ведь еще не скоро собирались они увидеть их вновь.
Роно не сомневался в правильности своих действий. Сомнения и ненужные переживания были ему чужды. Он все для себя решил в ту ночь, когда он лежал рядом со своим убитым отцом. Еще тогда он твердо для себя решил, что кхроки заслуживают одной лишь смерти. События, которые произошли позднее, прибытие предка, планируемая встреча с создателями, лишь усилили его убежденность в том, что кхроков нужно было истребить. В кхроках он видел главную угрозу и проблему. Когда кхроков не станет, гурры наконец смогут зажить спокойно. Им не нужно будет больше следить постоянно за небом, ожидая удара с воздуха. Им не нужно будет больше избегать скал. Они станут полноправными властителями всего белого льда. Мысль об этом разжигала его решительность.
Дети облепили отца со всех сторон. Сора тоже была там. Его подруга. Она была единственной, кто поддержал его и понял, когда отца его не стало. После этого долгое время он не мог ни с кем общаться, дружить, довериться кому-то. Ни Лона, его мать, ни Клош, которого он считал лучшим другом, никто ему был не нужен. Тем более Клош. Если бы только он не спал в ту ночь и исполнил свое обещание пойти вместе с ними, все могло бы быть иначе. Долгое время он винил Клоша в том, что случилось. Потребовалось еще большее время, чтобы избавиться от этих мыслей, однако дружба с ним была потеряна навсегда. Когда пришла пора покинуть поселение и начать самостоятельную жизнь, Клош вместе с другими братьями покинули поселение. Больше он их никогда не видел. Сам он не захотел никуда уходить. Он видел свой долг в том, чтобы продолжить дело отца и занять его место.
Сор пришел из другого поселения к ним. Он был сильным, смелым, умным и мудрым не по годам. Мудрость его заключалась в терпении и деликатности. В первый месяц его пребывания в поселении они с Роно не общались. Новоприбывших поселили в отдельный дом, где они жили как одна семья, охотились и вместе принимали пищу. Впервые с Роно они заговорили во время экскурсии по коллекции. Роно с гордостью показывал коллекцию своего отца и особое внимание уделил последнему экземпляру — кхроку, погибшему от лап Каспа. Сор тогда сказал, что он тоже ненавидит кхроков, потому что они убили его мать и сделали несчастным его отца. С тех пор Роно и Сор стали хорошо ладить. Они обнаружили между собой много общего. Помимо ненависти к кхрокам, они оба увлекались биологией и анатомией живых существ, были хорошими охотниками, но предпочитали работать своей головой, оба они любили предаваться размышлениям и хотели создать лучший мир, в котором не будет изъянов. Так они сблизились, образовали прочную связь, а потом наступил период схождения.
Омо и Ромо с каждым днем подходили друг к другу все ближе на небосводе, пока в один день не объединялись друг с другом. Их встреча происходила каждые пять лет и длилась две недели. В течение этих двух недель в гуррах происходили необратимые изменения. Хвост Сора в ту пору стал сильно болеть и Роно целый день провел рядом с ним, пытаясь отвлечь и уменьшить его боль, но ничего не получалось. Когда день миновал, из фертильного отверстия в основании живота появилась яйцеклетка. Она была непригодна для оплодотворения и несла в себе лишь одно сообщение — Сор был готов стать матерью для детей. С тех пор его стали называть Сорой. А Роно открылась правда, которую родители скрывали от них.
Все гурры рождались на свет мужскими особями, и лишь некоторые из них превращались в женских в период схождения. Отношения друг с другом и семьи они строили не на любви. Такого понятия у них не было. Они строили союзы, основываясь на великом чувстве дружбы, надежности, преданности и верности, которую та несла. Общие интересы, взгляды на жизнь и цели — вот, что было основой для долговечного союза, в котором рождались и воспитывались дети. Таков был механизм, который сложился и развился эволюционно. В суровых условиях льдов они не могли полагаться на обманчивые страсти и строили семьи лишь с теми, в ком были уверены целиком и полностью. Любовь и излишняя эмоциональная привязанность могла сослужить лишь плохую службу там, где дети уходили из дому, едва им исполнялся один год, а мужья погибали на охоте раз за разом.
