По темным, опасным, кровавым дорогам Судьбы бредет юноша Алвис — бродяга, воин, волчонок, уже научившийся перегрызать горло тому, кто попытается его обидеть. Алвис еще не знает ни своей доли, ни своего предназначения, ни дремлющей пока магической силы. Но кто-то знает, кто-то следит за каждым шагом. Кто-то, у кого множество лиц и множество слуг, кто-то, кто выбирает не между злом и добром, а между злом и злом. Кто-то могущественный и безжалостный, ибо он — черный маг…
Они столкнулись буквально нос к носу. Сын змеи, у которого покрывавшие морду костяные бляшки еще не позеленели от времени, и кряжистый хрюкозавр, с тремя похожими на запятые синеватыми шрамами на пятачке, означавшими, что их владелец уже достиг зрелого возраста.
Сын змеи, в силу своей молодости, еще не обзавелся той холодной рассудительностью, которой так славятся его соплеменники. Хрюкозавры же, как известно, и в зрелом возрасте особым самообладанием не отличаются.
На боку у сына змеи висел старинный меч. Хрюкозавр был вооружен здоровенной, усеянной шипами дубиной.
Разговор был коротким.
— Привет, жабья морда!
— Здорово. Вижу, ты переел гнилых желудей и от этого утратил даже ту малую способность соображать, которой оделен от природы.
— А не слишком ли ты крут, приятель?
— Не слишком. Но для тебя я и в самом деле крут весьма. Хочешь в этом убедиться?
— Пожалуй, попробую.
Сын змеи выдернул из ножен меч и, увернувшись от удара дубиной, попытался вонзить голубоватый джихадский клинок в живот хрюкозавру. Отбив удар, тот отпрыгнул на пару шагов назад и перехватил дубину поудобнее. Теперь он держал ее обеими лапами, параллельно земле, и мог не только отбить любой удар, но и тотчас же нанести ответный одним из концов дубины.
Сын змеи сделал несколько обманных движений и рубанул слева направо, сверху вниз. Попади этот удар в цель, он мог рассечь хрюкозавра чуть ли не пополам. Несмотря на большой вес, тот проворно увернулся от падающего на него клинка и врезал концом дубины сыну змеи по боку. Удар пришелся по касательной, но был так силен, что противник хрюкозавра пошатнулся и едва не упал на колени.
Следующий удар дубиной был нацелен в голову, но сын змеи принял его на лезвие меча.
Джихадские мечи недаром славятся среди тех, кто зарабатывает себе на жизнь военным ремеслом. Удар дубины был страшен. Любой другой клинок от такого удара вполне мог сломаться. Но не джихадский.
Отбив удар, сын змеи отпрыгнул в сторону.
Противники замерли. Их разделяла всего лишь пара шагов, но ни один из них не решался напасть первым. По крайней мере — пока.
Они стояли почти неподвижно, готовясь к новой схватке. Хрюкозавр теперь дышал хрипло, но это вовсе не означало, что он выбивается из сил. Наоборот, он только начинал входить в раж. Сын змеи время от времени открывал пасть, и из его горла вырывалось легкое шипение.
Пауза затягивалась.
Ни один из противников не решался атаковать первым.
Наконец хрюкозавр спросил:
— Ну как, понравилось?
— Очень, — ответил сын змеи.
В глазах у него зажглись и почти тотчас же погасли холодные огоньки.
— Продолжим?
— Почему бы и нет?
Хрюкозавр ринулся на противника. Дубина со свистом рассекла воздух в том месте, где секунду назад была голова сына змеи. Меч провел по бедру хрюкозавра длинную полосу. Через несколько мгновений из нее хлынула кровь.
За это время сражающиеся успели обменяться еще несколькими ударами, правда, ни один из них не достиг цели.
Они опять остановились.
У хрюкозавра по бедру стекала струйка крови, но он, казалось, не обращал на нее ни малейшего внимания. Сын змеи был все так же холоден и спокоен.
— Хватило? — спросил он.
— Не-а, — ответил хрюкозавр и взмахнул дубиной. — Продолжим?
— Обязательно. — Сын змеи снова издал легкое, едва слышное шипение. — Похоже, ты очень хочешь отправиться во второй мир.
— Точно, — ухмыльнулся хрюкозавр. — Но только после тебя.
— Это мы еще посмотрим, кто туда попадет первым.
Дубина и меч вновь скрестились. На этот раз противники дрались более яростно. Каждый из них, уже получив кое-какое представление о том, на что способен соперник, теперь стремился покончить с ним как можно быстрее, ставя на один-единственный точный и сильный удар.
Вскоре у каждого из сражающихся оказалось по нескольку ран. Впрочем, серьезными их назвать было нельзя, поскольку жизненно важные органы задеты не были. Сражение продолжалось. Об отступлении не могло быть и речи. Каждый из сражающихся думал лишь о том, чтобы убить врага.
И тут это наконец-то произошло…
В очередной раз увернувшись от удара дубиной, сын змеи ловко присел и, крутанувшись на ноге, так что оказался к своему противнику боком, нанес удар снизу вверх и наискосок. Лезвие меча вонзилось в живот хрюкозавра и вошло чуть ли не до половины.
Мучительно застонав, тот покачнулся, но все-таки, прежде чем рухнуть на покрытую пятнами крови траву, успел обрушить на голову сына змеи чудовищной силы удар дубиной. Тот умер почти мгновенно. Хрюкозавр упал рядом с трупом своего противника и забился в агонии.
Еще через пару минут все было кончено. Над поляной воцарилась полная тишина.
Пестрый динозаврик-летун спланировал с верхушки мраморного дуба на толстую ветку росшей на самом краю поляны сикорницы и, тихонько попискивая, стал рассматривать валявшиеся в центре поляны трупы хрюкозавра и сына змеи.
Динозаврику хотелось есть, но он не был до конца уверен, что эти два создания, только что яростно сражавшиеся, и в самом деле превратились в неподвижные, не способные причинить кому бы то ни было вред куски плоти.
