Чёрный настрой полностью

Зная Гаррисона, дерево для книжных полок и шкафа, вероятно, было нелегально доставлено из какого-нибудь тропического леса в глубинке Южной Америки или Азии. Бивни самца африканского слона грациозно возвышались на стене возле двери — трофей одной из последних охотничьих вылазок Гаррисона и скорее всего весьма неделикатное «да пошли вы» всем фанатикам по защите прав животных.

Кинетическая скульптура из титана бесшумно вращалась на его столе.

Гаррисон не отводил взгляда, продолжая смотреть на воду и наслаждаться видом Эллис Айленда и Статуей Свободы вдалеке. Он мог наслаждаться видом, а мог и думать о грядущих выходных, когда он полетит обратно на ранчо, которое его семья держала в Монтане. А может, он вообще ни на что не смотрел.

Может, он ни черта не слышал из того, что сказал Хорн.

Ужасно раздражало, что Хорн не мог различить это.

— Гаррисон, мы не можем валять дурака с этими парнями, — произнёс Хорн более резко, пытаясь заставить мужчину повернуться, посмотреть на него. — Даже предположить такое равносильно тому, чтобы нарисовать большие красные мишени на своей груди. Не только на твоей груди. На моей. На его.

Он показал на другого присутствовавшего в офисе на семидесятом этаже. Мужчина, на которого он показал, подпрыгнул, будто Хорн навёл на него пистолет, а не указательный палец.

— Видишь? — голос Хорна приподнялся на октаву. — Форсайта ты тоже довёл до тика. Тебе нужно взять себя в руки, Дэвид. Надень свои штаны большого мальчика, хорошо? Мы облажались. Мы должны принять этот факт и разобраться с реальностью. А не продолжать притворяться, что мы можем это разрулить.

Синие глаза Гаррисона вновь сфокусировались.

Он поджал губ, взглянув на Хорна.

— Ты мне это говоришь? — эти тонкие губы изогнулись. — Это ты говорил с копами, Алан. Не я, — он кивнул на другого мужчину. — И не Джон.

Хорн почувствовал, как лицо заливает жаром.

— Я не говорил с копами. Я говорил со старым другом. Он ничего не скажет. Если я его не попрошу, — подозрение закралось в его разум, злость усилилась. — Откуда, черт подери, тебе об этом вообще известно? Ты теперь следишь за мной?

— Они позвонили мне, — Гаррисон наградил его суровым взглядом. — И да. Ты дурак, если думаешь, что они не наблюдают за нами сейчас, учитывая, что стоит на кону.

Чувствуя, как скрутило его живот, Хорн постарался обратить это в злость и преуспел лишь отчасти. Переводя сердитый взгляд с Гаррисона на Форсайта, он заметил, что последний все ещё выглядел как антилопа, готовая ринуться через всю саванну, почуяв львов.

Глаза Хорна вернулись к Гаррисону.

Пожилой мужчина проницательно наблюдал за ним, в синих глазах проступила резкость.

— Ну? — сказал Гаррисон.

— Что ну? — рявкнул Хорн. — Ты видел новости вчера вечером. Я рассматривал варианты. Для всех нас. Я позвонил старому другу.

— Старому другу, который случайно оказался копом.

— Он из полиции Лос-Анджелеса, — рявкнул Хорн. — И формально сейчас он отстранён, — он помедлил, придавая своим словам дополнительный вес. — Он также знает Блэка. Он работал с ним. Нанимал его как консультанта в прошлом году, по какому-то делу об убийстве… а до этого они вместе работали над делом в Сан-Франциско, над той громкой историей о Тамплиере.

Гаррисон ещё сильнее прищурился.

— Клиенты категорически запретили…

— Я знаю, что они сказали, — рявкнул Хорн. — Но я не хочу закончить в тюрьме, Дэвид. А ты? Или ты серьёзно думаешь, что «клиенты» не сдадут нас при первой же бл*дской возможности, если дело будет обстоять так, что либо они, либо мы?

Гаррисон покачал головой, сложив пальцы домиком под губами. Вздохнув, он бросил на Хорна нетерпеливый взгляд.

— Почему сейчас, Алан? Нельзя сказать, будто мы не знали, что что-то грядёт. Неужели прошлая ночь стала для тебя такой огромной неожиданностью?

— А для тебя нет? — Хорн изумлённо уставился на него. Он переводил между ними взгляд, пытаясь решить, стоит ли взывать к Форсайту, затем сосредоточился на Гаррисоне. — И да, я знал, что что-то грядёт. Но это намного больше, чем «что-то», Дэвид. Они поступили совершенно самовольно. Этот их новый лидер слетел с катушек. И если он решит заявить, что мы как-то причастны к этому безумию…

— Не решит, — предостерёг Гаррисон.

Хорн нахмурился.

— Серьёзно? Думаешь, не решит? Потому что я вовсе не так уверен, Дэвид.

Гаррисон покачал головой.

— Мы на это подписались, Алан.

— На такое я не подписывался, — перебил Хорн. — Ты действительно не понимаешь, что это значит? Мы не сможем просто дать кому-нибудь на лапу, чтобы вернуться в игру, если нас поймают в этот раз, Дэвид. Ты говоришь об измене. Настоящей измене. Против Соединённых Штатов Америки!

Гаррисон поднял холодный взгляд.

— Ты не можешь быть настолько наивным. Ты знал, во что мы ввязываемся! Мы все знали…

— Дерьмо собачье! — рявкнул Хорн. — Он сказал, что устроит дефицит… он не говорил, что взорвёт к хренам весь долбанный федеральный резерв!

Гаррисон нахмурился, глядя на дверь его офиса.

То же сделал Форсайт.