«Они также нашли человеческую кровь. Не от одного человека. Она отчасти тоже была странной. Новые пятна были им знакомы. Первая отрицательная, третья положительная, немного четвертой положительной. Однако там были и более старые пятна. Они тоже считают, что это человеческая кровь, но с такой группой они прежде никогда не сталкивались. Они сравнивают её с некоторыми видами животных на случай, если ошибочно приняли её за человеческую».
Блэк почувствовал, как это тянущее ощущение в животе усиливается.
Кивнув, в этот раз скорее самому себе, он посмотрел на красную скалу в пустыне, стискивая челюсти. Почувствовав на себе взгляд, он посмотрел в левую сторону джипа с открытой крышей и обнаружил, что Красный смотрит на него с водительского места, поджимая губы.
«Они попытались дать объяснение? — послал он. — У них есть теории, объясняющие их находки?»
«В какой части?» — язвительно послала она.
«В любой? У них вообще есть какие-то объяснения?»
«А у тебя?» — парировала она.
«Не очень, нет».
«Дерьмо собачье, Блэк, — рявкнул её разум. — Какого черта происходит? Чего ты мне не говоришь? В этот раз», — холодно добавила она.
«Мири, богами клянусь… я ничего не знаю. У меня есть кое-какие мысли, да… и кое-какие опасения… но думаю, мне стоит подождать и не делиться ими, пока мы не будем знать больше. Мы пошлём к тебе некоторых детей завтра. Они должны приехать к полудню, может, к часу. Нация разрешила нам воспользоваться их школьным автобусом на день, так что это не должно вызвать шумихи, если…»
Но она его перебила.
«Пошлёте их ко мне? Я думала, это я приеду туда? Мэнни сказал, что мы все снова поедем к Шипроку в зависимости от того, что вы найдёте…»
«Я не думаю, что это хорошая идея, Мириам».
Последовало молчание.
«Почему нет?» — послала она.
По какой-то причине сейчас он ощущал от неё меньше злости.
И вновь он ощутил её желание спросить его о чем-то. Или сказать что-то.
«Что у Шипрока, Блэк?» — послала она.
Он испустил вздох.
«Я не знаю, Мири. Клянусь богами, не знаю».
«Но ты о чем-то думаешь. Что там, как ты думаешь?»
Он щёлкнул себе под нос, качая головой.
«Могу я приехать? — импульсивно послал он. — Могу я приехать к тебе, с детьми? Мы могли бы поговорить там, Мири, в Санта-Фе. Мы могли бы поговорить по-настоящему. Я отведу тебя поужинать».
Последовало молчание. Затем он буквально услышал, как она фыркнула.
«В твой собственный ресторан?»
«Туда. Куда угодно. Куда захочешь, — он помедлил, чувствуя, как она раздумывает над этим. — К тому времени я буду знать, что мы найдём у Шипрока. Мы сможем поговорить об этом. Мы сможем поговорить о чем угодно».
Молчание затянулось.
Он снова ощутил в ней противоречие, колебание между вариантами.
Затем он ощутил от неё всплеск злости, ожесточённой решительности.
«Нет, — послала она, и её мысли отражали эту злобу. — Нет, Блэк».
Прежде чем он придумал ответ…
Она исчезла из его света.
***
Примерно в два часа он увидел вдалеке Шипрок.
Чем ближе они подъезжали, тем более странно чувствовал себя Блэк.
Он сумел в достаточной мере компенсировать смещение света и пространства Барьера, чтобы оставаться привязанным к своему телу — по большей части. Он делал это в основном благодаря разделению света — трюк, которому разведчиков относительно рано обучали по программе тренировки видящих на Старой Земле.
