Чистая река полностью

– Конечно же, понимаю, – сказал он, нежно погладив ее по щеке. – Не торопись. Я никуда не собираюсь теряться. Просто вернусь в бар. Думаю, мне нужно немного выпить.

Джек вышел из хижины, прихватил с крыльца ботинки и сел в свой пикап.

«Что ж, – подумал он, – возможно, лучший день в моей жизни обернулся полным дерьмом. Она все еще думает о нем. Возможно, Мэл лишь пытается играть в любовь, делая вид, что принадлежит мне, однако на самом деле это не так. По крайней мере пока».

Разве он не понимал, что рискует, полюбив ее? Что она не сможет так просто забыть Марка? Никогда?

«Какого черта! – сказал он себе. – Пускай даже она никогда не будет полностью принадлежать мне, все равно он не может вернуться из могилы и утащить ее с собой. И этот ребенок мой. Я его хочу. И ее тоже. Всю, целиком и полностью…»

Мэл приняла душ, надела чистую одежду и нацелилась ехать в бар, чтобы принять свое привычное «лекарство». Чувствовала она себя просто ужасно; сердце ныло, когда она вспоминала о печальном взгляде Джека. Он не должен был стать свидетелем этой сцены. Наверное, это его огорошило. Она могла лишь слабо надеяться, что он ее простит.

Она прихватила с собой сменную одежду и косметику для очередного рабочего дня. Если Джек не хочет возвращаться вместе с ней домой, она должна сама навязать ему свою компанию. Они должны вместе пройти через это. В случившемся была ее вина. Теперь их было уже не двое. Он хотел этого ребенка. Он хотел и ее, и ребенка. И теперь Мэл собиралась найти способ исправить сложившуюся ситуацию.

Когда она зашла в бар, внутри оказалось всего около дюжины посетителей – Бристоли и Карпентеры за столиком для четверых, Хоуп с Доком возле барной стойки, пара мужчин, игравших в криббидж, с кувшином пива, и какая-то молодая семья. Джек возвышался за стойкой бара, слегка приподняв подбородок в знак приветствия, когда она вошла. Это был очень сдержанный жест; что ж, ей предстояло покаяние.

Мэл остановилась и немного поболтала с Бристолями и Карпентерами, поделившись новостями о ребенке Гивензов, прежде чем пройти к бару. Затем присела на табурет рядом с Доком.

– Вы сегодня хоть немного отдохнули? – спросила она его.

– Я не сплю днем, – проворчал в ответ Док. Затем он выпил таблетку антацида, и Джек поставил перед ним порцию виски.

– Долгая выдалась ночь? – спросила ее Хоуп.

– Долгая ночь для Гивензов, – покачала головой Мэл. – Но с ними все в порядке.

– Хорошая работа, Мэл, – кивнула Хоуп. – Я знала, что не ошиблась, пригласив тебя сюда. – Прикурив сигарету, она покинула их, перекидываясь репликами с посетителями на пути к выходу.

Не задавая вопросов, Джек поставил перед ней колу. Она обратилась к нему с безмолвной просьбой: «Извини». Его губы слегка изогнулись, в глубине глаз продолжала мерцать боль, однако он наклонился к ней и нежно поцеловал в лоб. «О-о-о, – подумала она, – плохой знак».

Потом стало еще хуже. Они обменялись парой ничего не значащих фраз, пока Мэл выбирала себе обед, но она решила идти до конца и дождалась, пока бар не опустеет. Было уже восемь часов, когда Проповедник принялся подметать пол, а Джек – расставлять по полкам чистые стаканы.

– Мы поговорим о случившемся? – тихо спросила она Джека.

– Давай лучше просто забудем это и двинемся дальше, – предложил он.

– Джек, – прошептала она так, чтобы не услышал Проповедник, – я люблю тебя.

– Ты не должна этого говорить.

– Но это правда. Пожалуйста, поверь мне.

Он приподнял ее подбородок и легонько поцеловал в губы.

– Хорошо, – сказал он. – Я верю тебе.

– О боже, – выдохнула она со слезами на глазах.

– Не надо, Мэл, – попросил он. – Только не надо снова плакать. Боюсь, я не пойму почему, и все станет только хуже.

Она проглотила это, заставив себя ослабить натянувшиеся нервы. Ее осенила мимолетная мысль: «Боже, что мне делать, если он порвет со мной из-за этого?».

– Я иду к тебе в комнату, – твердо произнесла она. – И буду ждать там, пока ты не придешь. Я все сделаю и постараюсь убедить тебя, что мы нужны друг другу. Особенно сейчас.

Он еле заметно кивнул, поэтому Мэл встала со стула и прошла через подсобку к его жилищу. Оказавшись одна, она не смогла сдержать слез. Они ручьем хлынули по ее щекам.