В Вирджин-Ривер все только о них и говорили, что доставляло Джеку странное удовлетворение. Это было необычно для мужчины, который не хотел связывать себя никакими обязательствами с противоположным полом и старался не афишировать перед публикой своих подруг. Теперь он обнаружил, что хочет, чтобы все знали: они с Мэл – пара. Еще его страшила возможность того, что Мэл исполнит свои угрозы и уедет, прежде чем он сможет убедить ее остаться здесь навсегда.
Однажды он отвез Мэл на побережье, чтобы понаблюдать за китами. Всю дорогу туда и обратно они болтали без умолку, но стоило им добраться до высокой скалы, нависающей над океанскими просторами, как все слова стали лишними. Они стояли, молча держась за руки, в то время как далеко внизу проплывала огромная стая гигантских млекопитающих, выныривая из воды и вновь погружаясь в морскую гладь с огромными брызгами. Сопровождающая их личная гвардия из дельфинов повела величавых гигантов дальше, на север. В тот день Мэл позволила ему целовать себя дольше обычного. Много раз. Если его рука начинала слишком настойчиво блуждать по ее телу, она просто говорила: «Нет. Еще рано». И в его сердце затеплился огонек надежды. Хотя, конечно, это еще ничего не гарантировало.
Он был сражен наповал. Пускай Джеку уже стукнуло сорок, первый раз в его жизни появилась такая женщина, что одна только мысль о расставании с ней казалась ему невыносимой.
______
Мэл набрала номер своей сестры.
– Джоуи, – произнесла она очень тихо, практически шепотом, – я думаю, что в моей жизни появился мужчина.
– Ты что, умудрилась найти себе мужчину в этой глуши?
– Ага. Кажется, так и есть.
– Почему у тебя… такой странный голос?
– Мне нужно кое в чем разобраться. Скажи мне, это нормально? Потому что я нисколечки не забыла Марка. Я до сих пор люблю его больше всего на свете. Больше, чем любого другого мужчину.
Джоуи медленно вздохнула.
– Мэл, это нормально – пытаться жить дальше. Возможно, ты никогда никого не полюбишь так же сильно, как Марка, но может быть, найдется кто-то еще. Еще один мужчина. Тебе не нужно их сравнивать, дорогая, потому что Марка больше нет, и мы не можем его вернуть.
– Я люблю его, – поправила ее Мэл. – Это чувство никуда не исчезло. Я все еще люблю Марка.
– Все в порядке, Мэл, – успокоила ее Джоуи. – Ты должна жить дальше. Это вполне нормально – скоротать с кем-нибудь время. Кто он?
– Ему принадлежит бар напротив клиники Дока. Это он отремонтировал мой дом, купил мне удочку, провел телефон. Его зовут Джек. Он хороший человек, Джоуи. И он заботится обо мне.
– Мэл… Слушай, ты с ним… Ну…
Ответа не последовало.
– Мэл? Ты с ним спишь?
– Нет. Но я позволяю ему меня целовать.
Джоуи невесело рассмеялась.
– Все в порядке, Мэл. Ты можешь подумать об этом несколько иначе? Разве Марк хотел бы, чтобы ты завяла в одиночестве? Он был одним из лучших мужчин, которых я когда-либо знала, – щедрым, добрым, любящим и честным. Он хотел бы, чтобы ты вспоминала его с нежностью, но при этом продолжала жить полноценной жизнью и была счастлива.
Не удержавшись, Мелинда разрыдалась.
– Да, он хотел бы этого, – произнесла она сквозь слезы. – Но что, если я не могу быть счастлива ни с кем, кроме Марка?
– Малышка, сестренка моя, после всего, через что тебе довелось пройти, разве ты удовольствуешься какими-то объятиями? И парой-тройкой ничего не значащих поцелуев?
– Я не знаю. Просто не знаю.
– Попробуй. В худшем случае ты хоть немного отвлечешься от своего одиночества.
– А это нормально? Использовать кого-то, чтобы перестать лить слезы по покойному мужу?
– А если посмотреть на это с другой стороны? Что, если бы тебе понравился тот, кто смог бы отвлечь тебя от мыслей о покойном муже? Это ведь похоже на счастье, правда?
– Наверное, мне не следовало его целовать, – простонала Мэл. Ее продолжали душить слезы. – Потому что я не могу здесь оставаться. Мне тут не место. Мыслями я по-прежнему в Лос-Анджелесе вместе с Марком.
Джоуи тяжело вздохнула.
– Это всего лишь поцелуи, Мэл. Просто возьми за правило – один поцелуй за раз.
Чуть позже, повесив трубку телефона, Джоуи устало обратилась к своему мужу Биллу:
– Я должна к ней поехать. Думаю, она на грани срыва.
______
Мэл ударилась в воспоминания, мысленно вернувшись в то утро, когда полиция подошла к ее двери, чтобы сообщить, что Марк мертв. Накануне вечером они вместе отработали смену в больнице. Потом пообедали в кафетерии. Но Марк в тот день работал на вызовах, а старший помощник оказался занят, поэтому ему пришлось остаться в ночную смену. Все произошло, когда он уже возвращался домой.
Она пошла в морг. Оставшись на некоторое время с ним наедине, она обняла холодное безжизненное тело с тремя идеальными пулевыми отверстиями в груди и рыдала, пока ее не удалось оттащить прочь.
