– Если бы ты жила здесь, мы могли бы сходить к Мэл. Может, попробуешь уговорить маму съездить в Вирджин-Ривер? – Но стоило ему это произнести, как он внутренне весь съежился. И покраснел, так сильно, что на мгновение ему показалось, будто он сейчас упадет в обморок. Неужели он действительно предложил четырнадцатилетней девушке принять меры, чтобы они могли заняться сексом? И где им это делать? В кабине пикапа?
– Не знаю, – мягко произнесла Лиз. – Думаю, мне это явно не понравится. Не думаю, что смогу рассказать кому-то из взрослых об этом. А ты смог бы?
Рик уже имел подобный опыт; Проповедник и Джек обо всем знали. Однако он предпочел об этом умолчать.
– Смог бы, если бы это было так важно.
– Даже не знаю, – засомневалась она. – Мне надо подумать.
Если ты постоянно думаешь о девушке, постоянно вспоминая о том, как пряди ее волос касались твоей щеки, если не можешь выбросить из головы воспоминания о ее нежной коже – что это, если не влюбленность? Если каждый раз, поговорив с ней по телефону, услышав ее заливистый смех, у тебя сразу становится теплее на душе – это что-то серьезное либо ты просто перевозбужденный подросток шестнадцати лет? Он знал, что накален до предела – от одной мысли о том, чтобы снова оказаться внутри нее, у него пар из ушей готов был пойти. Но дело было не только в этом. Он мог часами болтать с Лиз, слушать, как она беззаботно щебечет. Ему хотелось слушать звук ее голоса. Он практически впадал в транс, когда она рассказывала ему о таких скучных вещах, как, например, алгебра. Если бы у него была хоть капля храбрости, он спросил бы Джека: в чем разница между любовью и сексом? И когда они сливаются в единое целое?
Наконец Рики спросил:
– Как насчет новостей о беременности, Лиззи?
– Ты имеешь в виду…
– Да, именно это я имею в виду. – Ответом ему была тишина. Она хотела, чтобы он спросил об этом еще раз. Каждый раз, когда ему приходилось это делать, он внутренне весь напрягался, буквально выталкивая из себя слова, столь чуждые любому парню. – У тебя были месячные? – спросил он, радуясь, что она не видит залившего его щеки румянца.
– Это все, что тебя по-настоящему волнует.
– Нет, не все, но меня действительно это очень волнует. Лиз, детка, я умру, если из-за меня у тебя возникнут неприятности. Я просто хочу избавиться от этого страха, вот и все. От страха за нас обоих.
– Еще нет, но все в порядке. Я же сказала тебе – они у меня очень непостоянные. И чувствую я себя нормально. По моим ощущениям, ничего не изменилось.
– Что ж, это уже неплохо, – выдохнул он.
– Рики, я скучаю по тебе. А ты по мне скучаешь?
– О-о-о, Лиз, – простонал он. – Я так по тебе скучаю, что меня это до чертиков пугает.
______
На следующей неделе Мэл сделала несколько телефонных звонков, а затем спросила Джека, может ли он оторваться от дел в баре на целый день, чтобы помочь ей с кое-какими делами. Она объяснила ему, что хочет смотаться в Эврику. И что ей не хочется делать это в одиночестве. Конечно же, Джек объявил, что может – он делал все, что бы она у него ни попросила. Он предложил свозить ее туда, но Мэл объяснила, что хотела бы взять свою машину, откинуть тент и ехать, наслаждаясь солнечной июньской погодой.
Когда они уже были в пути, она сказала:
– Я надеюсь, это было не слишком самонадеянно с моей стороны, Джек. Я записала себя на прием в салон красоты, а тебя – в клинику для обследования, которое ты тогда предложил.
– Я собирался для этого съездить на побережье, на авиабазу ВМФ, но такой вариант тоже ничего. Это я и подразумевал, когда предлагал пройти обследоваться. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.
– На самом деле, я ничуть не волнуюсь. Это всего лишь мера предосторожности. А если что-нибудь произойдет, меня тоже можно проверить. Я бы не стала подвергать тебя риску, понимаешь. Но все последние семь лет был всего лишь… – Тут она замялась.
– Твой муж, – закончил он за нее. – Можешь свободно об этом говорить. Это была твоя жизнь. Это и есть твоя жизнь. Мы должны спокойно об этом общаться.
– Хорошо, – согласилась она, вновь собираясь с силами. – Кроме того, я согласовала с автодилером тест-драйв для одного автомобиля и хотела бы узнать о нем твое мнение. Этот автомобиль, как мне кажется, не боится распутицы.
– Неужели? – удивился он. – И какой же?
Мэла украдкой взглянула на Джека – он плотно втиснулся в переднее сиденье ее «БМВ», так высоко подняв колени, что она чуть не рассмеялась.
– «Хаммер», – призналась она.
На несколько мгновений он потерял дар речи. Наконец произнес:
– Я полагаю, ты в курсе, сколько они стоят.
– В курсе, – кивнула она.
– Хоуп платит тебе больше, чем я предполагал.
– Хоуп мне практически ничего не платит, но и проживание здесь почти ничего и не стоит. Особенно учитывая холодное пиво по вечерам, после завершения рабочего дня. Нет, это мои собственные сбережения.
Он присвистнул.
– У меня есть немного денег, – принялась объяснять она. – У меня были… были…
Он протянул руку и положил ей на бедро.
– Все в порядке, Мэл. Я не собирался допытываться.
