Во время тестирования Жанна упомянула про гипноз и вскоре Вера смогла узнать, что это такое. В ходе до занудства спокойного разговора психолог начинала говорить какие-то бессмысленные слова, иногда прикасалась к тестируемому, после чего он застывал, и уже как машина, монотонно отвечал на вопросы психолога. Повергнув человека в ступор, Жанна откровенно наслаждалась этим состоянием своих подопытных. Она задавала вопросы, явно не имеющие никакого отношения к цели тестирования, извлекая из людей такие интимные подробности их жизни, которые даже хладнокровную Веру повергали в смущение. Заметив брезгливую реакцию своей ученицы, по окончании одного из таких опытов Жанна с холодной улыбкой поведала:
- А что ж ты думала, девочка? Человек мерзок, до безобразия мерзок! Для того, чтобы не терзаться из-за каких-то гуманистических комплексов, надо периодически встряхивать людские души и убеждаться какая муть лежит на их дне.
- Ты и со мной могла бы это сделать?
- Да нет, не думаю. Дело в том, что не каждого можно подвергнуть гипнозу, хотя я буду тебя учить и этому. И тем более это тяжело сделать, если человек сопротивляется. Ведь сознание человека – как эта лампочка, посмотри на неё, она такая тёплая и такая яркая… Такая тёплая и такая яркая… так приятно на неё смотреть и думать, что ничего нет в мире кроме этого яркого тепла.. Сядь спокойно, расслабься… плыви по воздуху к лампочке… И не надо ни о чём думать… На счёт три возвращайся! Раз! Два! Три!
Вера вздрогнула. Жанна находилась у неё за спиной, хотя она была уверена, что только что была напротив неё за столом.
- Ну вот, ты примерно прочувствовала на себе, как это может быть. Сейчас это с тобой получилось, потому что ты немного устала и была не готова к этому. Я перевела твоё внимание на лампочку и зациклила всё твое сознание на ней, и отключила твоё критическое восприятие происходящего. То есть в цепочке вопрос-осмысление-ответ я выбила среднее звено.
- И все следователи это умеют? - бойко спросила Вера с восторженной заинтересованностью. - Научи и меня!
Жанна внимательно посмотрела на Веру и после паузы снова улыбнулась своей лучистой улыбкой:
- Конечно, прямо сейчас и приступим…
Вера сделала вид, что слушает Жанну оживлённо и внимательно. Слушала только одной частью своего располовиненного сознания, а вторая часть обдумывала то, что произошло. Жанна погрузила её в гипноз, и она совсем не помнит, что с ней происходило. Сколько времени она была отключённой – тоже сказать трудно, но по своим ощущениям (ноги от сидения на стуле не затекли, спина от неподвижности не устала) – видимо не больше нескольких минут. Однако и за несколько минут у отключившегося человека можно выяснить многое. Задавала ли ей Жанна вопросы и если да, то какие именно? В общем-то никаких тайн у неё ни от кого и нет. Разве что об этом инциденте в Ботаниках? А может в день приёма в Университет в этом кабинете она тоже была под гипнозом? В любом случае, сейчас ничего изменить нельзя. Можно только впредь быть всё время на стороже и не допускать таких ошибок… И ещё одно – Жанна очень опасный человек, с ней нужно быть предельно осторожной.
То, чему Жанна должна была научить Веру за двадцать дней, Вера успела освоить за полторы недели. Несколько раз Вера сама повергала тестируемых в гипноз, да и без гипноза всё чаще «раскалывала» этих бедолаг, узнавая их грехи перед Республикой. Но в отличии от Жанны ей не хотелось лезть в те тёмные уголки человеческих душ, в которых хранился всяких зловонный хлам, до которого Республике нет никакого дела. Жанна это заметила и истолковала правильно, как пассивное осуждение её действий. Ещё Жанну заметно пугали успехи Веры, ступившей на черту, за которые хранились знания, открывать которые Жанна не хотела. Но срок обучения не закончился, а Вера с простоватой напористостью ставила перед инспектором-психологом такие вопросы, на которые ни соврать ни отмолчаться она не могла и поэтому была вынуждена выдавливать из себя информацию.
Они по-прежнему играли в наставника-обучаемого, почти в приятельниц, но испытывали всё нараставшую антипатию, скрывали эту антипатию, а также делали вид, что не замечают антипатии другого. И в этой игре, которая была не хуже самого обучения, против огромного опыта и беспредельного цинизма Жанны, выступал гибкий ум, холодное самообладание и раздвоенное сознание Веры. Однажды поздно вечером, когда психологический диспут почти перешёл в бабский трёп о человеческих пороках, Жанна снова попыталась отключить Веру. Вера вовремя поняла это и попыталась прикинуться загипнотизированной, но что-то сделала не так и Жанна обнаружила фальшь в её «оцепенении». Она, как ни в чём не бывало, посоветовала Вере идти отдохнуть, но на следующее же утро доложила куда-то о необходимости досрочного прекращения обучения кандидата в следователи Веры Пруднич в виду успешного овладения курсом психологических дисциплин.
7.
