Начсот, Вера и ещё шесть следователей – все, кто не был задействован на неотложных заданиях, теперь находились в комнате следователей в отсеке Следотдела. Веру не арестовывали, лишь лишили оружия и запретили покидать отсек. Три дня, пока шесть следователей осуществляли внутреннее расследование, двигаясь по следам Веры, она находилась в комнате следователей. За это время ей было, о чём подумать. Дважды к ней приходила старший инспектор-психолог Жанна и сами её приходы были свидетельством тому, насколько она важная фигура в Республике – в Следотдел постороннему пройти было невозможно. Жанна с участием, в искренности которого не возникало никаких сомнений, беспокоилась о судьбе Веры и обещала вытащить её отсюда под предлогом Вериной болезни, если та только согласиться стать тем, кем стать ей пророчила Жанна. Вера бы согласилась, если бы вновь не явился Идущий-По-Муосу.
Здравый смысл подсказывал, что это был очередной сон или видение поражённой нервной системы, но внутреннее ощущение говорило об обратном. Он зашёл в комнату и присел на нижнюю койку, там где теперь валялась Вера. Почему-то ей это напомнило отца, который уже после смерти матери также садился по вечерам и рассказывал ей разные истории, и она слушала-слушала-слушала, стараясь не смыкать глаз, потому что если она только закроет глаза, то сразу заснёт и отец прекратит интересный рассказ и встанет с её кровати…
Лица незнакомца под его капюшоном так и не было видно и для Веры это было уже не важно. Существенным она считала для себя запомнить то, что он сейчас скажет, потому что появлялся он в самые острые моменты её жизни и говорил всегда о чём-то важном, чего Вера до конца понять ещё не могла.
- Что меня ждёт? - первой спросила Вера.
- То, что ты выберешь сама.
- Я должна стать Девой-воином?
- Смотря что ты вкладываешь в это сочетание слов.
- Не знаю, Жанна говорит…
- А что говорит твоё сердце?
И всё - он исчез… Вера только хотела попытаться объяснить пришельцу по-подробнее всю логику рассуждений Жанны и свои мысли по этому поводу, но его уже не было. А фраза «А что говорит твоё сердце» засела в её голове. Вера злилась на Идущего-По-Муосу, который излагает свои мысли такими неконструктивными расплывчатыми терминами, с издёвкой мысленно отвечала ему: «Моё сердце, как и твоё, лишь качает кровь», потом злилась на себя, что она спорит с призраком. Потом ещё больше злилась от того, что вопреки законам логики она прекрасно понимает, о чём ей сказал этот пришелец и её сердце противится тому, что предлагает Жанна. И, как не силилась, Вера не смогла разрешить конфликт своего разума и этой аморфной бунтующей субстанции внутри её, которую Идущий-По-Муосу ошибочно называет «сердцем». Поэтому Жанне оба раза она сказала, что пока не готова ей ответить. А может быть она не сказала «да» лишь потому, что рассчитывала на удачное для себя окончание внутреннего расследования, чего, судя по всему, уже не предвиделось. Как не странно, Жанна в этом тоже была убеждена, потому что уходя после очередного отказа она без обид сообщила:
- До момента приведения приговора в исполнение, ты можешь обратиться к Начсоту с последней просьбой о встрече со мной – он не откажет, а я тебя оттуда вытащу. Как? – это моя забота…
Уж три часа идёт суд: её коллеги предъявили веские доказательства, изложив показания свидетелей: Танюши, Жанны, Варнаса, старшего надсмотрщика и делопроизводителя с каторги, жителей Верхней Степянки; сообщили о найденных вещественных доказательствах, таких как запись в журнале посещений каторги… Начсот заканчивал излагать обвинение:
- … в соответствии с Законом Республики подлежит смерти без права выбора способа казни. Учитывая особые заслуги Пятому Следователя перед Республикой, а также наличие хронической болезни в виде неизвестных медицинской практике паралитических приступов, в порядке исключение наказание смягчается и может быть предоставлено право выбора способа приведения приговора в исполнение, в том числе посредством использования права на самоумерщвление. Следователи, ваш вердикт. Первый Следователь?
- Виновна.
- Третий Следователь?
- Виновна.
- Четвёртый Следователь?
- Виновна...
Она смотрела на вылитые из цемента лица своих коллег. В них не было никаких эмоций: ни сожаления, ни интереса к происходящему, ни даже презрения к следователю, впервые в истории Следотдела оступившемуся. Только безучастное осознание правильности происходящего, только сосредоточенность на верности юридических формулировок и точности проводимой процедуры.
- … Десятый Следователь?
Даже подобранный Верой юноша, который прошёл посвящение всего месяц назад и успел сдать только один рапорт по результатам расследования, абсолютно спокойно и не мешкая ответил:
- Виновна.
Вот и всё – полный консенсус. Начсот равнодушно произнёс:
- Приговор подлежит исполнению немедленно. Шестой следователь, вы вправе воспользоваться правом самоумерщвления или же выбрать способ казни.
