Вера не могла рационально объяснить своих действий. С точки зрения следователя её решение непременно найти диггеров являлось бессмыслицей. Но Идущий-По-Муосу сказал бы, что она делает то, что подсказывает её сердце. Следователи единогласно сняли наложенный Начсотом на Веру запрет покидать следственный отсек и даже вернули оружие. Вера должна была только вернуться в Следотдел через три дня. При этом ей запретили проводить какие-либо действия, которые могли быть истолкованы, как осуществление расследования.
Решение родилось спонтанно – Вере вместе с оружием вернули её следовательский рюкзак. По привычке она решила его перебрать, чтобы убедиться в том, что в нём присутствует полный комплект рабочего реквизита. Разложив всё на кровати она скорым взглядом убедилась в присутствии всего реквизита: лупа, зеркало на трости для осмотра труднодоступных мест, маленький, но мощный фонарик, дактопорошки и кисточки, жидкости для выявления биологических следов с тампонами и ватными палочками и десятки других специальных предметов, о предназначении которых знаю только следователи. Но были здесь вещи и далёкие от её профессиональной деятельности.
Маленький раскладной ножик – первое в жизни её оружие, подаренное ей её будущим командиром и её будущим врагом.
Кружка, обычная металлическая кружка с коричневатым чаевым налётом на дне. Если принюхаться, то можно почувствовать или убедить себя, что чувствуешь необыкновенный аромат чая из трав, принесённых с Поверхности, а если закрыть глаза – то почти ощутимо перенестись в другое время и в другое место – в лаборантскую преподавателя вневедения, из которого наверняка уже вынесены полки с ненужными Республике книгами и внесён какой-нибудь сельскохозяйственный или электротехнический реквизит.
Деревянная лошадка, которую так и не успел доделать молчаливый мутант Паук. Тот, который был гораздо более достоит имени Человек, чем многие из носителей идей об уничтожении таких как он.
Кожаная юбка. Во внезапном порыве Вера сняла с себя серую следовательскую униформу и надела это напоминание об её в общем-то счастливых юношеских годах. От этого грустные мысли развеял какой-то юношеский задор, и позвала свобода бесконечных туннелей и переходов.
Наспех собрав все эти предметы обратно в рюкзак, она нашла маленький бумажный свёрток, который зачем-то всё время носила с собой ещё с тех пор, как следователь увёл её от Мегабанка. В нём лежал деревянный крестик, состоящий из двух крохотных брусочков, аккуратно вырезанных и соединённых её отцом. В торец более длинного брусочка была вставлена металлическая скобка, через которую продета льняная нить. Она вспомнила, как мама, с её страстью к раскрашиванию и рисованию, раскрасила эту нить специально для Веры – красными, жёлтыми и голубыми полосками, а Костик, который считал себя уже непомерно взрослым, хмуря лоб, говорил, что это глупо. Краска уже облезла и только едва заметные оттенки напоминали о весёленькой полосатости этой нити. Следуя опять же какому-то нерациональному порыву, Вера секачом вспорола край одеяла на кровати и вытянула оттуда льняную нить. Старую тесёмку, через которую уже давно не пролезла б я её голова, она вернула обратно в свёрток, а на её место привязала новую – из вытянутой из одеяла нити. Потом надела крестик на шею. Это не значило для неё ничего, просто она так сделала и всё.
Она шла теми же переходами, что и когда-то давным-давно, в начале войны с диггерами. Только воды здесь стало ещё больше. На что она надеется? Как она сейчас встретится с диггерами, большая часть которых осаждена в своих поселениях, а остальные прячутся в таких местах, где их не найти даже Вере. И всё же она шла, не сомневаясь, что эта встреча случится уже очень скоро. Вот то место, где она встретилась в первыйраз с Идущим-По-Муосу. Она даже остановилась здесь в ожидании человек в балахоне, который быть может снова появится из ниоткуда и даст ей свои скудные подсказки. Но вместо этого она услышала впереди едва слышное шуршание двух пар босых ног, идущих диггерской походкой. И сумасбродное решение идти к тем, кого она предала, кому причинила столько зла, к тем, кто из-за неё скоро, быть может, будет уничтожен вообще – это равносильно самоубийству, от которого ещё вчера её спас Второй Следователь. Она даже не знала, что им сказать, как им объяснять то, что она в своё время сотворила и зачем идёт к ним сейчас. Но убегать она точно не будет – Вера достала из чехла гриб-светляк и положила его на влажный пол так, что приближающиеся в темноте могли её рассмотреть издалека.
- Я приветствую вас, диггеры!
- Цётка Вера! – радостный возглас сотряс туннельные стены. Он был настолько громким, что какая-то живность вблизи Веры зашуршала лапками и хвостами, прячась по норкам и щелям.
- Цётка Вера, хiба гэта вы? [Бел.: Тётка Вера, неужели это вы?]– вторил ещё один очень похожий голос.
