Но СМЕРШу осталось тоже недолго жить. В 1946 году он прекратил свое существование. Как сказал кто-то из великих людей, иногда настоящая схватка начинается на пьедестале почета. Если вы проживете достаточно долго, вы увидите, что каждая победа оборачивается поражением. В 1951 году был арестован бессменный руководитель СМЕРШа генерал-полковник B.C. Абакумов, а в 1954 году незаконно расстрелян. Второе поражение победители ощутили в августе 1991 и октябре 1993 годов, когда не стало страны-победительницы.
Участник Великой Отечественной войны, сотрудник СМЕРШа майор в отставке Федор Гасилов вспомнил один из эпизодов своей оперативной работы по розыску вражеской агентуры среди местного населения.
«С первых дней войны и до полного освобождения Ленинграда от вражеской блокады я служил в особых отделах частей Ленинградского фронта…
В феврале 1944 года, когда наши войска освобождали Ленинградскую область от фашистских оккупантов, я работал старшим следователем в особом отделе 67-й армии. Именно тогда мне удалось разоблачить резидентуру абвера, оставленную в районе Сиверской, где располагался аэродром авиации нашей армии…»
В производстве военного контрразведчика Гасилова находилось в то время несколько дел на немецких пособников — старост, полицаев и других предателей. Руководство и приказы требовали работать и с другими категориями подозрительных лиц и свидетелями недавних событий. Один из местных жителей поселка Сиверская по фамилии Спирин в беседе с чекистом признался, что в декабре 1944 года он был завербован немецким офицером для выявления партизан и их связей среди местного населения.
— Кому вы должны были передавать собранную информацию? — вполне логично спросил старший следователь.
— Когда немцы покидали Сиверскую, офицер передал меня Пинкину, проживающему в совхозе «Белогорка», — спокойно ответил несостоявшийся агент.
— Какое вы получили задание от гитлеровца?
— Наблюдать за передвижением наступающих советских войск.
— Что можете сказать о Пинкине? — поинтересовался Гасилов.
— Пинкин по профессии портной, живет в собственном доме. Во время оккупации у него квартировали германские офицеры из местной комендатуры. С одним из них сожительствовала дочь Пинкина, которую немец увез с собой при отступлении. Сам Пинкин тоже собирался уехать с немцами, как говорится, «в тыловом обозе».
Гасилов поинтересовался, были ли у Пинкина друзья, знакомые, родственники, которые могли помогать ему, на что Спирин заметил, что, по его мнению, в поселке наверняка остались люди, связанные с ним, которые могут выполнять такие же задания, какое немцы поставили
и ему. Он стал перечислять эти связи Пинкина…
Прошло несколько дней, и старший следователь СМЕРШа по своим делам отправился в Сиверскую. Дело было обычное — допросить свидетеля о преступной деятельности одного немецкого пособника. Местный житель оказался разговорчивый, охотно отвечал на вопросы военного контрразведчика.
— Скажите, а как вели себя другие местные жители по отношению к немцам? — спросил Гасилов.
— По-разному, — последовал ответ, — многие тихо себя вели. Смелые граждане ушли в партизаны. А вот у Пинкиных в доме жили немцы. Поэтому его дом и самого его не тронули.
— А Пинкин, наверное, уехал с фрицами?
— Нет, он здесь, — неожиданно, на радость чекиста, ответил допрашиваемый. — Ему фашисты и лошадку подарили — до этого был безлошадным, строчил только на своем «Зингере». Соседей обшивал.
«Неужели резидент ошибся? — подумал Гасилов. —
Что же делать? Как мне его задержать и доставить в отдел?»
И контрразведчик придумал. Он решил встретиться с Пинкиным, отрекомендовавши себя начальником обоз-но-вещевого снаряжения одной из летных частей, ищущим портного для нужд части…
Вскоре Гасилов был уже в доме предателя. Познакомились по легенде.
— Вы, говорят, портной?
— Да! А что?
— Мне нужно обшить обносившихся за годы блокады в Ленинграде наших летчиков — не могли бы помочь? Дело за оплатой не станет.
Жене немецкого пособника предложение советского офицера понравилось, и она стала уговаривать мужа согласиться на такую «наваристую работу».
— Я взят на учет в военкомате, — «откровенничал» предатель, — готов идти на фронт защищать Родину, чтобы добить немецкую гадину. Сколько горя она принесла нашим людям.
«Пой, пой, петушок, скоро и ты попадешь в мешок, — в рифму подумал Федор. — Его как-то надо вытащить из берлоги, но как? Он очень осторожен. Прекрасно понимает, что сильно наследил».
Мысль лихорадочно кружила, работая на холостых оборотах, и вдруг достойная идея пришла в конце беседы.
— А где размещается ваш военкомат? — спросил контрразведчик.
— Недалече… да тут рядом.
— Ну, вот, давайте завтра там и встретимся.
— Лады, — ответил ничего не подозревавший немецкий резидент.
На этом «тепло» распрощались. Пинкина грели мысли мыслями о хорошем приработке, а Гасилов отправился в военкомат, чтобы договориться с его начальником о действиях против «призывника».
