Душевая, сытная вкусная пища и жёсткая, но всё же постель — всё это в полнейшей безопасности. И всё же я, памятуя о бомжах, обитающих на границе святилища, организовал дежурство, взяв на себя первую смену. К тому же у меня было, чем заняться.
Дождавшись, когда мелкая с напарницей уснут, я вышел из барака, тихо притворив за собой дверь, и ещё раз осмотрелся. Меня интересовала торговая лавка, а также виденная площадка, покрытая жёлтым песком и больше всего похожая на игровую. Вот только здесь некому играть, а значит…
— Эй, лысый, не желаешь померяться силой на арене? — раздалось из-за границы святилища. Повернувшись на голос, я увидел высокого, широкоплечего парня, идущего мне навстречу. Хм, а ведь его не было здесь, когда мы пришли. Пожалуй, если бы он присутствовал при нашем разговоре с теми бомжами, была бы драка, а может, и посерьёзнее что. Я бы точно не церемонился и пустил бы в дело биту. Здесь дураков следует учить.
— Ну, чего молчишь? — незнакомец тем временем приблизился и остановился метрах в трёх от меня. — Говорю, пошли на арену. Победишь, и вы сможете жить здесь спокойно. Проиграешь — с вас должок. По десятке Влияния Демиурга, и мы не тронем вас за пределами перекрёстка. Недорогая цена за спокойствие, так что лучше соглашайся. На арене способности не работают, зато боль усиливается пятикратно. Ну, что скажешь?
— Скажу, что у тебя, видимо, целостность души слишком высокая, раз ты угрожаешь незнакомцам, — ответил я и пристально уставился на идиота. Это ж каким нужно быть тупым, чтобы добраться сюда, но так и не понять, для чего вообще существует чистилище и лабиринт.
— Значит, отказываешься от поединка? — в голосе здоровяка послышалось разочарование.
— Слушай, убогий. Некогда мне играть в детские игры. Хочешь веселья, иди развлекая своих бомжей.
— Нехорошо разговариваешь, — взгляд незнакомца из насмешливого стал колючим, злым. Ну-ну. Таким можно напугать мелкую, но не меня. Жаль, что этот здоровяк не даст полноценно отдохнуть и спокойно порешать свои дела. Ну да ладно.
— Ты иди своей дорогой, а я и мои люди — своей. — Я всем своим видом дал понять парню, что разговор окончен, и направился к лавке.
— Хана тебе, лысый, — зло раздалось за спиной. У меня на лицо сама собой наползла хищная улыбка. Идиота нужно проучить. И то, что на территории нельзя причинять друг другу вред, ещё ни о чём не говорит.
Приблизившись к торговой лавке, я боковым зрением проследил, как незнакомец прошёл мимо барака, направляясь прямиком к храму. Странно, может, мы что-то упустили? Может, это строение даёт ещё что-то, помимо возможности выбора стихии?
— На, сука! Я презираю вас! — послышалось от храма. Я всё же посмотрел, что делает идиот, пришедший так не вовремя в святилище. И, если честно, ничего не понял. На белоснежной поверхности строения, в котором мы выбирали стихию, появилось кровавое пятно, которое медленно растворялось, впитываясь в поверхность стены. Твою ж мать, да у этого парня конкретно поехала крыша.
Не знаю, впервые этот придурок сотворил подобное или регулярно пытался осквернить храм, но наказание последовало незамедлительно. Сверкнула молния, ударив прямо в здоровяка. Секунда, и в воздухе прозвучал голос, подобный громовым раскатам:
— Испытуемый Ростик, ты потерял шанс на искупление, и лишаешься человеческого облика, разума и всего прогресса, полученного в чистилище и лабиринте испытаний. Перенос в серую зону чистилища произойдёт через…
— Не-е-ет!!!
Вспышка, и на месте, где секунду назад стоял крупный мужик, остались пояс с короткими ножнами и кобурой, из которой торчала рукоять револьвера. Рядом рюкзак, явно не пустой, а чуть в стороне лежал нож. Хм, вот и трофеи подвалили.
— Пётр, что случилось? — из барака выскочили Дарья с Зоей, обе с оружием в руках.
— Всё в порядке. Оказывается, те, кто создал всё это, — я развёл руками, словно показывая на окружающий мир, — не любят неуважения в свой адрес. Так что возвращайтесь в барак, отдыхайте.
Спустя час я и сам вернулся в помещение для отдыха, разжившись с неизвестного идиота оружием, а из торговой лавки несколькими фиалами исцеляющих зелий редкого класса, а также запасом патронов к огнестрелу и дюжиной стрел для лука Зои. Ну и кое-чем по мелочи. Да, револьвер я тут же привязал к себе кровью. Было предположение, что не получится, но нет, после смерти заключённого с его, по сути, последующим перевоплощением в зверя, все предметы потеряли привязку к хозяину, сохранив при этом прогресс развития способностей.
В рюкзаке исчезнувшего копаться не стал. Не знаю, что мне помешало это сделать, но я даже не заглянул в него. А вот пояс и хороший охотничий нож прихватил — Дарье как раз нужен третий предмет, чтобы привязать к себе, и короткий клинок будет весьма кстати. Судя по всему, полностью мирной жизни тут не предвидится.
— Ты купил оружие? — удивилась Дарья. Когда я вошёл, напарница сидела за одним из столов и ловко орудовала иглой, что-то зашивая на своём рюкзаке.
— Трофеи, — улыбнулся я и показал своей спутнице широкий ремень с ножнами: — Ну-ка вставай, будем обновку примерять.
