- Последние дни выдались особо напряженными,- начал Юрий Георгиевич.- Времени на доработку проекта остаётся всё меньше. А тут от меня ушла жена. К моему удивлению об этом говорят все кому не лень. И даже наша любимая буфетчица Тамара Николаевна и та пожалела меня,- попытался пошутить профессор.- Как бы то ни было, не бывает худо без добра. Недавно мне пришлось самому готовить себе ужин. Я набрал воды в кастрюлю, поставил её на лазерную плиту и ушел. И как всегда я, погрузившись в очередные вычисления, забыл обо всём на свете. Когда же я вернулся, вода вовсю бурлила и, переливаясь через края, выплескивалась наружу, обливая всё вокруг. Я тут же схватил кастрюлю и вылил немного воды в раковину. И в этот момент я задумался. Воду я отлил из кастрюли, чтобы не дать ей выплескиваться на лазерный нагреватель. То есть простым языком я фактически понизил уровень энергии, сконцентрированной в емкости. Это небольшое предисловие. Теперь у меня вопрос. Скажите,- обратился профессор к Рустэму Амировичу,- какой максимально допустимый размер милениумных дисков?
- Семьдесят два метра.
- А что потом?
- Если взять диски большего диаметра, то они разрушаются.
- Верно. Но почему они разрушаются?- задал вопрос Юрий Георгиевич и сам на него ответил,- Они разрушаются в связи с тем, что начинают генерировать энергию в большем объеме, чем могут высвободить. В результате этого энергия накапливается внутри миллениума и, достигнув критической отметки, разрушает его. Всё верно?
- Именно так. Не высвободившаяся энергия разрушает милениум на молекулярном уровне.
- А что, если эту внутреннюю энергию высвободить? Словно отлить воду из кастрюли и, тем самым, уравновесить внутреннее давление в милениуме. Ведь есть много подобных примеров в истории науки. Когда-то мы не могли контролировать атомную энергию. А контроль над термоядерной реакцией нам казался вообще невозможным. Но теперь нам всё это кажется пустяком. Мы удивляемся над тем, как не могли додуматься до такого простого решения наши предки. И мы с легкостью контролируем все эти процессы. Так же и с милениумом.
- Вы нашли выход?- спросил доктор Аллон.
- Я начал искать. И нашёл. Оказывается ещё в две тысячи пятидесятом году двое ученых из Сибирского университета геологии и синтеза смогли добиться очень любопытного результата, который, к сожалению, не был предан огласки. Им удалось синтезировать новый элемент, названный тератоком. Этот минерал необычен тем, что может выполнять функции аккумулятора. При этом, обладая необычайной плотностью, он может вмещать в себя огромное количество энергии. Благодаря Андрею Ивановичу мне удалось связаться с учеными и получить у них формулу синтеза. Необходимые элементы предоставил профессор Максим Михайлович. Пару дней назад я смог синтезировать тераток. Всего небольшой кусочек в десять кубических сантиметров. Но его свойства действительно уникальны. Я провёл эксперимент, чтобы подтвердить или опровергнуть свою теорию.
С этими словами Юрий Георгиевич подошёл к столу, на котором под белым покрывалом лежало что-то громоздкое. Он убрал покрывало в сторону и взору присутствующих открылся милениумный двигатель небольших размеров, подсоединённый посредством проводов к небольшому кристаллу.
- Это и есть тераток,- указал Юрий Георгиевич.- Он подключён к дискам и при необходимости может поглощать излишнюю энергию.
Юрий Георгиевич включил двигатель. Два милениумных диска медленно закрутились в противоположном направлении. Их движение становилось всё быстрее и быстрее. Вскоре между ними сверкнула крошечная молния, потом вторая. Постепенно всё пространство между двумя дисками засветилось ярким электрическим светом. Двигатель был в рабочем состоянии.
- Смотрите, при нормальной работе дисков тераток бездействует. Двигатели работают равномерно. Стрелка амперметра не колеблется. Но,- сделал паузу Юрий Георгиевич,- стоит только дать дополнительную нагрузку на диски, и… Смотрите сами.
Профессор с помощью компьютера направил на милениумные диски дополнительную энергию, чем вызвал их перегрузку. Между дисками вновь засветились молнии, угрожающие их разрушению. Раздался сильный гул. Стрелка амперметра резко скакнула в красную зону, предостерегающую об опасности. В этот же момент, скакнула стрелка амперметра, подключённого к тератоку. Кристалл засветился. В туже секунду стрелка амперметра, подключённого к двигателю, вернулась в естественное положение. Гул и молнии пропали. Двигатель вновь заработал в штатном режиме.
- Тераток забрал из двигателя лишнюю энергию и отключился до следующего раза.
- Гениально. Блестяще. Великолепно,- раздались возгласы в зале.
- Но это ещё не всё,- продолжил Юрий Георгиевич.- Эксперимент удался с двигателем весьма маленьких размеров. Нам же необходим двигатель, чей диаметр будет превышать двести метров. С помощью Николая, нашего программиста, были внесены в программу все необходимые данные. Результат вы можете увидеть сейчас на мониторе.
