- Интересно получается,- медленно проговорил Капитан, обращаясь к Ману-Отара.- Я тут вот о чём подумал. Ты сказал, что впервые за пятьсот лет воспользовались саркофагом, чтобы спрятать книгу жизни. То есть он у вас пятьсот лет лежал, вы его не трогали. А тут резко взяли и доверили ему самую сокровенную реликвию. И бросили в воду. А что если за эти пять веков саркофаг как-то усох, стал не таким герметичным. И дал течь. И что же? Всё, конец вашей книге. Нет, на такой риск марконы бы не пошли. Конечно можно предположить, что периодически вы обновляли саркофаг. Но как часто? Раз в десять, пятьдесят лет? И когда была последняя поверка? Но есть и другое странное обстоятельство. Колодец как-то странно построен. Спрыгнуть конечно можно, а вот как обратно? Что-то я не вижу ступенек. Или те три особых жреца летать умеют? И ещё одно. Гость подводный очень уж интересный. Он явно прикормленный, но едва ли его можно назвать ручным, раз своего же сожрал. Сдаётся мне жрец, что ты обманываешь меня. И нет на дне колодца никакой книги. А спрятана она где-то здесь. За одной из стен. Ну что Ману-Отара, прав я или нет? Фрэнку начать проверять стены одну за другой, или может ты сам покажешь, где следующий проход? Может тебя тоже купаться отправить? Помогут твои полномочия избежать тебе участи стать ужином?
Глава 90
Ману-Отара замер, устремив свой взгляд на Капитана. Так, не моргая и не произнося ни слова, он простоял больше минуты. Наконец-то жрец пошевелился и, сделав усилие над собой, пошёл к одной из стен комнаты.
Она была ничем не примечательна. Нигде не было видно выступов, углублений или каких-нибудь стыков плит. Вся стена была изрисована непонятными сюжетами, содержащими странных существ, которых Капитан ранее никогда не видел. Были там нарисованы животные, необычной формы. Выделялись на фоне пейзажа какие-то механизмы с множеством шестеренок, какие-то лица в масках, выполняющие непонятные функции. Некоторых объекты были устремлены в космос, словно летели к далёким звёздам. Всё это переплеталось в единую художественную гаму, пестрящую всеми цветами радуги.
Жрец провёл рукой вдоль поверхности стены, пытаясь что-то нащупать.
- Если это ещё одна шутка,- предупредил Капитан,- то, несмотря на всё моё почтение это будет последнее, что вы сделаете.
Ману-Отара никак не отреагировал на эти слова. Он также медленно вёл рукой по гладкой поверхности стены, пока не нащупал то, что искал. Он остановился перед рисунком круглого выпуклого диска, снизу которого вырывались языки пламени.
- Вот, что вам надо,- процедил жрец.- Если вы нажмёте на эту плиту, вы увидите книгу Жизни.
- Нажимай,- скомандовал Капитан.- Или один из твоих помощников сделает это за тебя. Так же, как предыдущий вместо тебя окунулся в колодец.
Ману-Отара посмотрел на Капитана взглядом, полным ненависти.
- Сейчас на вашей стороне сила. Но на этом мире всё не заканчивается. Будет мир загробный. И там Цэта-Кое покарает вас за всё содеянное зло. Никто не останется безнаказанным.
С этими словами Ману-Отара ударил по рисунку. В тот же момент в стене рядом с ним образовался большой проем, ведущий в соседнее помещение, через который был виден большой алтарь, освещенный сверху. На алтаре лежала книга жизни, которую Капитан видел утром во время церемонии.
- Если вы так ею дорожите,- обратился Капитан к жрецу,- принесите её сами. И если хотите, то можете держать книгу в руках, пока мы будем знакомиться с её содержанием.
Ману-Отара подошёл к алтарю и с трепетом и священным благоговением остановился в нерешительности перед книгой. Несмотря на свой пост главного распорядителя в Тэсе-Эсто-Карэ Ману-Отара никогда не держал книгу жизни в руках. Прикасаться к ней помимо верховных жрецов большого круга имели право только несколько жрецов - служители алтаря храма Цэта-Кое. Но должность эта передавалась из поколения в поколение в рамках одного рода. Поэтому Ману-Отара никогда бы при обычных обстоятельствах не смог прикоснуться к величайшей святыни маркон. А такое желание у него было. И сейчас, несмотря на всю свою религиозность и строгость, где-то в глубине души он радовался, что всё обернулось именно так и он сможет прикоснуться собственными руками к священной реликвии. Но Ману-Отара пытался всячески отогнать от себя эти мысли.
Наконец жрец решился. Он закрыл глаза и поднял книгу жизни высоко над головой. Так, с поднятыми руками он и вынес её в зал с колодцем, где все его ждали с нетерпением.
Книга жизни представляла собой весьма толстое собрание, скреплённое золотым переплетом. Обложка была сделана из золотых пластин с выгравированным орнаментом и узорами из драгоценных камней.
- Дмитрий,- обратился к нему Капитан.- Твой выход. Смотри, читай и переводи всё, что написано.
Дмитрий аккуратно перевернул первый лист. Взору собравшихся предстал непонятный символ, содержащий в себе три буквы “П”. Даже Ману-Отара поддался вперед, чтобы увидеть содержание книги, забыв на время о своей враждебности к бенгальцам.
- Что бы это могло значить?- спросила Линелия.
