– Так если я его пришить решил, зачем же мне к Сереге идти? И, что его убивать собираются, ему же и рассказывать!? – внезапно нашелся я – аргументация показалась мне железобетонной. Я внутренне просиял.
Андрей почесал затылок и задумчиво посмотрел на меня.
– А кто тебе сказал, что ты к нему ходил? – вдруг ответил он вопросом на вопрос.
– Да сам Серега всем сказал; если мне не верят… – уже не так уверенно договорил я и вдруг понял, что имел в виду Андрей: для других действительно факт моего посещения Сергея был известен только с его слов… если был вообще известен.
Андрей, как бы завершая произведенный эффект, снова спросил:
– А ему-то, с какого перепугу поверят? Ну, загуляла у него баба, ясный пень. И, что бы всем об этом не рассказывать, приплел первое попавшееся – про убийство своё, якобы. Что б за тобой и за ней слежку организовать. И вычислить – любовники вы или нет. А если подозрения у него напрасные, перед своими пацанами не позориться, что у него про бабу такие мысли ходят… – типа, следили, потому что ты к нему с этими рассказами приходил. То есть, если застукать вас не получится, так никто на нее и думать не будет, что, мол: «Дыма без огня не бывает, гуляет Наташка у Сереги, да тому не поймать». А может, подозревал он вас, что вы и правда любовники и отравить его собираетесь. Вот и скомбинировал по хитрому.
– Да не был я ее любовником, понимаешь? Да этой грымзе я и даром не нужен, у меня ж денег ни фига! А они без бабок не могут мужика любить, физиология такая!
– Да я и не говорю тебе, что был. – Андрей серьезно посмотрел на меня. – Я тебе говорю, как это другие использовать могут, что бы твою мотивацию обозначить. Тем более, про «грымзу» ты зря; жить такая с тобой бы точно не стала – тут ты прав. А вот любовничка молодого симпатичного, да ещё и музыканта полуизвестного по модным клубом играющего – очень даже интересно заиметь. Психология… – Он помолчал. – Тем более тут, получается, ещё и третьего убили…
В это время снова хлопнула дверь. Мы замолчали, дожидаясь пока спустится лифт.
– Слушай, а кому это нужно? Сложности эти все? Опять же меня подставлять, музыканта неимущего? – спросил я.
Андрей задумался, потом как-то нерешительно посмотрел на меня.
– Кому-то, кого мы, кажется, не знаем. – Он помолчал и закончил: – среди народа их, из фирмы, надо бы поискать. Ведь каждое убийство выгоду кому-то приносит. Всё это, наверное, деньги большие. Кому-то нужные…
Мы помолчали.
– Кому? – вдруг неожиданно для себя спросил я. И тут же понял, что вопрос этот задан уже не по назначению. Кому и где нужны «большие деньги», Андрей понимал еще хуже, чем я.
– Знаешь что… – Вдруг ответил он. – У меня дача есть. От родителей досталась. В Токсово. Сорок минут на электричке. Я думаю, ты там отдохни. Приди в себя. А дальше, по обстоятельствам решай. Смотри…
Он подробно описал, как добраться до дачи, и где лежит ключ.
– Если что, – вдруг извиняющимся тоном добавил он. – Ты у меня в гостях был. Летом. Отсюда и про ключ знаешь.
Больше он ничего не добавил. Всё было правильно. Если меня арестуют, совсем не обязательно докладывать, что он, зная, что я в розыске, скрывал меня на своей даче…
Мы распрощались, и он вышел из подъезда. Поднял с земли авоську и медленно пошел в сторону универсама.
«Булку надо и молока. Потом вернусь, переоденусь и на встречу…» – прежде, чем он скрылся за углом, услышал я. Мысли у него были какой-то невеселой, задумчивой окраски.
Собрались опять у Ивана Моисеевича. Он был сегодня особенно весел и приветлив. Правда, круг намечался узкий – нужно было посвятить в члены Общества нового адепта, а в этой процедуре участвовали только избранные.
Андрей пришел одним из последних и сразу уединился с Элеонорой Константиновной. О чем-то недолго переговорив, отошел, оставив её в глубокой задумчивости. Он рассказал всё что знал, утаив только про дачу. Она некоторое время колебалась, затем повернувшись к присутствующим, властно взмахнула рукой Разговоры мигом прекратились.
– Прошу внимания. Дмитрий не придет. С ним случилась беда. Прошу всех сесть, нам надо решить, будем ли мы ему помогать и, если да, то как. – Все расселись за круглый стол, покрытый темно-зеленой скатертью. – Даю слово адепту Андрею. Расскажите дружочек, как все случилось. – Она повернулась в его сторону, теребя в руках четки. По всему чувствовалось, что она волнуется – решение обнародовать новость далось ей нелегко.
Андрей повторил все, что знал, почти слово в слово, опять не рассказав лишь о том, что я сейчас нахожусь на его даче. Народ, слушая его, молчал. По лицам было непонятно – люди разные: кто экстрасенс, кто ворожея. А кто и просто так, шоумен, что ли… Как они все это чувствовали и к каким выводам для себя пришли – было не понятно. Андрей закончил.