— Да. Наш батюшка-император тоже вассальный договор подписал. Формальность, но без неё нельзя было.
Какие-то лесные варвары, что вечно нажирались вонючим пойлом и потом за кабанами по чаще гонялись, теперь стали главными? Спали их всех Гиперион, куда я попал?
— А Эллада? Рим? Что с ними стало?
Карту я прекрасно видел. Никакой Римской империи там не было. Вместо неё на Аппенинском полуострове располагалась какая-то Италия. Кто вообще так придумал страну назвать? Не могли что-то более звучное подобрать?
Римские сволочи промаршировали по нашим землям и стали их новыми хозяевами. Я на тот момент уже давно гнил в Тартаре, но слухи извне просачивались. Олимпийские боги во главе с Зевсом проиграли. Меньше надо было купаться в бассейнах из амброзии и больше делом заниматься. Один успешный переворот ещё не делает тебя неуязвимым повелителем мира.
Вот римляне постарались по полной — построили настоящую империю. Надо было и нам когда-то не играть с полисами, а объединить всех вокруг Афин и гнать фаланги вперёд, заливая землю кровью. Впрочем, такого не могли предположить даже мойры.
— Греки сейчас под протекцией Османской империи. А Рим — столица королевства Италия.
Я раздражённо поморщился.
— Как так вышло? Их боги проиграли?
Мужчина, которого назвали полковником, смотрел на меня с лёгкой растерянностью. А вот дева, чьи глаза заинтересованно блестели, неожиданно начала говорить.
— Боги стали воинами на службе людей. Их подчинили и превратили в солдат. Как и всех остальных — от великанов до леших.
Военный хмуро посмотрел на неё.
— Байки это, Варвара. Старые легенды, в которые уже давно никто не верит. Духи-хранители и духи-воители существовали всегда.
Дева сложила руки под своей грудью, выставив её вперёд. С вызовом глянула на офицера.
— А наш новый господин тогда кто?
Тот на момент замялся. Но всё же начал говорить.
— Бывает такое, что вместо покровителя рода является кто-то ещё. Демон, что может перебить немало людей, прежде чем его остановят.
Ещё раз взглянув на карту, я поднял глаза на него.
— Почему тогда ты мне место главы вашего рода предложил?
Несколько секунд он помолчал. Потом криво усмехнулся.
— Нет уже никакого рода. Горстка обречённых, у которых не осталось и капли надежды. Почти каждый кого-то потерял. И все знают, что живыми из этой цитадели не выйти. Так скажи, что нам терять? Раз всё равно впереди только смерть, почему не рискнуть?
Доведённые до отчаяния смертные и правда способны почти на любые действия. Это я сам много раз наблюдал собственными глазами. Эти вот — прикончили одного из своих, выбрав его по жребию, если отталкиваться от перешёптываний, которые я слышал. А потом попытались призвать духа-хранителя.
— Хорошо. Прикажи, пусть еды сюда принесут. А сам рассказывай дальше — сколько воинов врага снаружи и чего от них ждать.
Отдав распоряжение дежурящим за дверью солдатам, он принялся излагать. Я же слушал, одновременно стараясь стабилизировать свою искру и размышляя.
Ещё минут через десять дверь открылась, и внутрь медленно вошла женщина лет тридцати, в белом декольтированном платье. Торжественно неся металлический поднос.
Правда, когда она поставила его на стол, внутри полыхнуло возмущение. Они собираются кормить меня вот этим?
Оглядев наполненное сухарями блюдо, рядом с которым сиротливо лежал крохотный кусочек сушёного мяса и стояла кружка воды, я перевёл взгляд на военного, который представился Евгением.
— Так вы встречаете своего спасителя?
Он тоже посмотрел на поднос, и во взгляде офицера засветился самый настоящий голод.
— Извините, господин. Но это всё, что у нас осталось после порчи провианта. Вам доставили сразу пять порций.
Что? Пять порций? Неудивительно, что они тут такие замученные. С таким-то питанием.
Поднявшись, я открыл шкаф. Окинув взором содержимое, поморщился. Наряды старика мне точно не подходили.
— Прикажи принести сюда подходящей для меня одежды. Только не мундир. Что-то нейтральное. Чтобы нельзя было понять, что я вышел из этой крепости.
Военный нахмурился.
— Что вы собираетесь делать, господин?
Снова покосившись на сухари, я спокойно улыбнулся.
— Снаружи сейчас вечер, верно? Значит я собираюсь поужинать. А заодно потрогать врагов за уши.
Моё намерение выйти за пределы цитадели не оценил никто. Даже Варвара, которая была готова ловить каждое слово, забеспокоилась. Принявшись говорить, что неплохо бы задержаться, отдохнуть и набраться сил.
Тем не менее, к выходу меня проводили. И обеспечили одеждой, которая, с их точки зрения, позволяла не выделяться. Штанами, рубахой и ботинками. Варварский наряд, который не пристало носить ни одному титану. Но чего не сделаешь ради нормального ужина.
Отключать оборонный периметр, ради того, чтобы выбраться из цитадели не пришлось — у осаждённых были артефакты, позволяющие спокойно покинуть крепость. Вот вернуться таким же образом назад, не получится. Придётся связаться с кем-то из оставшихся внутри и предупредить их.
