Я уронила голову ему на грудь и посмотрела на него снизу вверх. Он выглядел изможденным, но улыбался. Эммет заключил меня в объятия, и, черт возьми, в этот момент мне хотелось всему миру рассказать о своем счастье.
Мы всего на несколько часов простились с ребятами, потому что они были приглашены на небольшую вечеринку у Эммета дома.
Мои глаза жгло, пока Эммет вез нас домой по оживленным улицам города. Когда он открыл дверь, моя голова была ватной и тяжелой одновременно.
Лори и Хоуп встретили нас в кухне и сразу бросились к Эммету. Они уже начали готовить еду на вечер, и я с улыбкой наблюдала, как они кинулись его обнимать и поздравлять. Конечно же, им было интересно узнать, как прошла презентация, и, конечно же, они завизжали, услышав наши результаты.
– Вы сегодня вообще спали? – спросила Лори.
Эммет засмеялся:
– По крайней мере, я этого не помню.
– Часа два за всю ночь. Он вчера уснул за ноутбуком, – сказала я, обняв Эммета за талию.
– Господи, – засмеялась Лори, – бегом спать! Чтоб к вечеру были как огурчики.
– Вам нужна помощь на кухне? – спросил Эммет, а Хоуп злобно сверкнула на него глазами.
– Тебе ремня дать по случаю дня рождения?!
– Эмбер, уложи его в постель!
Эммет засмеялся и не стал сопротивляться, когда я потянула его за руку.
– Да, у нее есть опыт в этом деле! – Хоуп, смеясь, прикусила нижнюю губу.
– Я вас ненавижу! – смеясь, крикнул Эммет, пока мы спускались по лестнице. Мы решили принять душ позже, а я на секунду засомневалась, подойдет ли этот момент для того, что уже несколько дней вызывало чувство тревоги в животе. Эммет разделся и притянул меня к себе на кровать. Уже лежа, он с почти закрытыми глазами убрал прядь волос с моего лица.
– Можешь еще пять минут не спать? Или хочешь получить подарок потом?
Он снова открыл глаза. Эммет улыбался той теплой улыбкой, от которой я сразу таяла.
– Спрашиваешь! – Он провел рукой по моему телу, и у меня по коже побежали мурашки.
Я быстро нагнулась, поцеловала его и покрепче схватилась за угловатый макет, который я держала за спиной. Когда я протянула его Эммету вместе с пачкой M&M’s, он замер. Мы сели на кровать. Эммет взял мой макет в руки так осторожно, как будто он был самым ценным, что ему доводилось держать.
– Что это? – спросил он, крутя макет в руках.
– Это здание на пилонах, а не на ходулях. – Улыбка тронула его губы, и я поняла, что он вспомнил. – По французскому образцу. Как ты говорил.
Эммет посмотрел на меня вопрошающим взглядом.
– Это здание расположено в Париже.
– Да? – кажется, он считает меня ненормальной. – А шоколад что означает?
– Happy Birthday, – прошептала я, а затем достала из сумочки два посадочных талона, – М&М едут в Париж.
Эммет перевел взгляд с моего лица на билеты, затем на макет, а затем снова на меня.
– Эмбер, – начал он взволнованным голосом, – если это шутка…
– Я не шучу.
Эммет открыл рот, но ничего не сказал. Уставился сначала на билеты, потом на меня.
– Это слишком дорого, я не могу…
– Билеты горящие, стоили просто до смешного дешево. А на отель скинулись ребята. Это общий подарок, понимаешь?
– Но…
– Полетели со мной в Париж, – прошептала я, и тут его губы накрыли мои.
– Ты с ума сошла? – выдохнул он между поцелуями.
– Нет, мое ментальное здоровье как никогда стабильно. И только попробуй сказать, что не можешь принять подарок!
Эммет посмотрел на меня. Я увидела внутреннюю борьбу в его темных глазах. Я знала, как тяжело ему принять мой подарок. Я знала, что это, пожалуй, слишком, но мне так хотелось исполнить его мечту. Во что бы то ни стало.
Он молча покачал головой, ни на секунду не отрывая от меня взгляда. Усталость в его глазах как рукой сняло. На губах появилась эта невероятная улыбка. Эммет лег на спину, потянув меня за собой.
– Мы летим в Париж? – спросил он.
Я кивнула и провела кончиком пальца по его переносице.
– Малыш, мы летим в Париж.
Я не знала, что Эммет впервые летит на самолете. Еще долгое время после взлета он не отлипал от иллюминатора «Боинга», завороженно глядя в окно. Лишь когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, а самолет оставил позади материковую часть Северной Америки, он, устав от новых впечатлений дня, закемарил у меня на плече. Я не спала. Все десять часов полета я не сомкнула глаз, вспоминая, как сидела здесь в прошлый раз. Это было много лет назад, но отрывки фраз на французском, которые я услышала перед посадкой, все равно вызвали во мне нервную дрожь и словно вернули в прошлое.
Но теперь я не одна. Со мной Эммет, и, сам об этом не догадываясь, он избавил меня от мучительных мыслей, просто взглянув своими заспанными глазами незадолго до посадки. Едва мы вошли в зону прилета аэропорта Париж – Шарль-де-Голль, нас накрыл мощный джетлаг. Мои ноги, казалось, стали ватными. Эммет же впитывал в себя каждую деталь атмосферы, с интересом слушал, как я говорю с таксистом по-французски, и в полном восторге смотрел в окно, пока мы ехали в город.
Наш отель находился в самом центре Монмартра. Когда я жила в Париже, этот район мне нравился больше всего.
