— Они дали мне восемь часов, чтобы отдохнуть, прежде чем я вернусь и покорно соглашусь с ними, — продолжил Алверез, и его глаза были твердыми. — Так уж получилось, что у меня есть дела поважнее. Скачи вперед, Линкин. Я хочу, чтобы отец Суливин, генерал Сандирс и барон Тимплар были в моей палатке к тому времени, как я туда доберусь. И если отец Суливин не сочтет нужным отстранить меня от командования, я хочу, чтобы депеши были отправлены полковнику Халинду, полковнику Марселяну, полковнику Лакирту, полковнику Мкуартиру, полковнику Тируэйту и полковнику Окарлину.
Ноздри Латтимира раздулись. Халинд, Марселян, Лакирт и Мкуартир командовали последними неистребленными пехотными полками Алвереза. Им было поручено быть его резервом. Полковник Тируэйт и полковник Окарлин командовали кавалерийскими полками, приданными квартирмейстерам барона Тимплара для сопровождения и охраны. На данный момент все шесть этих полков просто оказались расположенными лагерем на южной окраине Хармича… на главной дороге в форт Сэндфиш.
Капитан на мгновение взглянул на своего генерала. Затем он наклонил голову, коснулся груди в знак отдания чести и дал шпоры своему коню.
Русил Тейрис оторвал взгляд от своей тарелки, когда кто-то вежливо постучал, и капрал Чалкир открыл дверь, чтобы впустить его помощника.
То, что стало армией Бранат, не видело причин томиться в грязи и трясине, когда в этом не было необходимости. Даже передовые позиции, которые было позволено осмотреть армии Шайло, были снабжены непроницаемыми для непогоды крышами и стенами из мешков с песком, которые защищали как от снарядов угловых орудий, так и от зимнего ветра. Дальше, там, где стояли лагерем основные силы армии, войска — при содействии армейских инженеров и добровольных гражданских рабочих — возвели уютные казармы из бревен с заполненными глиной швами и соломенными крышами. Они даже нашли время, чтобы соорудить аккуратный, эффективный каменный камин здесь, в кабинете герцога Истшера, и герцог обычно наслаждался теплом огня, когда завтракал и размышлял о разнице между состоянием снабжения его армии и армии Шайло.
— Да, Ливис? — спросил он. — Ты сегодня рано встал.
— Извините, что прерываю вашу трапезу, — ответил капитан Брейнейр, — но мы только что получили сигнал семафора от бригадного генерала Дамбрика. Он сообщает, что артиллерийский огонь противника ослаб, а пехота в ближайших окопах, по-видимому, отступила ночью.
— А? — Истшер отложил вилку и потянулся за чашкой. Суливин Дамбрик командовал 5-й бригадой 3-й пехотной дивизии Алина Симкина. В данный момент настала очередь этой бригады занимать передовые окопы и следить за противником.
— Вся их пехота выведена? — спросил он через мгновение, довольно иронично приподняв бровь в сторону своего помощника.
— Извините меня, ваша светлость, — сказал Брейнейр, слегка поклонившись, чтобы отметить эту бровь. — Я должен был сказать, что он сообщает, что большая часть их пехоты отступила. По его оценкам, в тылу могло остаться от семи до пяти тысяч человек при поддержке нескольких тысяч кавалеристов. Он считает, что там может быть не более десяти тысяч боевых подразделений всех родов войск, и он попросил разрешения выслать патрули, чтобы подтвердить его оценку.
— Понимаю.
Истшер откинулся на спинку стула, положив правую руку на стол и медленно барабаня пальцами. Это было необычное проявление беспокойства с его стороны, подумал Брейнейр, но выражение лица герцога было спокойным, когда он обдумывал новости. Затем он глубоко вздохнул и покачал головой.
— Думаю, что нет. — Он снова посмотрел на своего помощника, и его глаза сузились. — Похоже, что граф Хай-Маунт, в конце концов, выполнил свой график, и я доверяю суждению генерала Дамбрика о любых передвижениях войск на его фронте. Чего я не хочу делать, так это того, что может вызвать подозрения у того, кого там оставили командовать. Отправьте ответное сообщение генералу и попросите его присоединиться ко мне здесь при первой же возможности. И мне также понадобятся генерал Симкин, генерал Уиллис и полковник Трейминт. Скажи им, что у нас будет ранний рабочий ланч.
— Конечно, ваша светлость. И могу ли я сообщить им причину, по которой вы хотите их видеть?
— Просто скажи им, что, как мне кажется, граф Хай-Маунт выполнил свою работу, и думаю, что нам пора заняться своей.
Алверез на самом деле проспал почти целых три часа. Они не были особенно освежающими, и его мышцы казались не более эластичными, но, по крайней мере, его разум, казалось, немного прояснился, функционируя немного надежнее.
К сожалению, никто другой в командной палатке, похоже, не мог сказать то же самое.
