Машина, подпрыгивая на ухабах, двигалась по разбитой дороге. Потом они повернули налево, туда, где находилось огромное здание. Из окна автомобиля она увидела, что справа земля идет под уклон. Впрочем, в темноте было сложно что-то разглядеть. Вдали, в низине, находилось нечто, похожее на скопление облаков, за ним поднимался пологий холм. Она увидела в долине отражение автомобильных фар и поняла, что смотрит на воду.
Мистер Глен направил машину к викторианскому особняку. Это было главное здание с десятком пристроек. Ко входу вела роскошная лестница, в окнах горел электрический свет. Одна из внушительных дверей открылась, и на крытую каменную галерею вышел человек в темном костюме. Водитель заглушил двигатель и вышел из машины.
— Подожди здесь, я за тобой приду, — бросила медсестра Кларе.
Клара судорожно сглотнула. Во рту от страха появился кислый привкус. Ее руки и ноги дрожали, на верхней губе выступили бисеринки пота. Несмотря на то что ее бросило в жар, она застегнула все до единой пуговицы пальто, словно оно могло ее от чего-то защитить. Мистер Глен вытащил из багажника чемодан, затем обошел машину и открыл заднюю пассажирскую дверь. Медсестра вернулась, и Клара вылезла из машины, не отрывая глаз от нависающей над ней громадины. Над галереей она заметила мраморную доску, на которой было вырезано: «Чапин-Холл». У Клары пересохло во рту, когда она окинула взглядом арочные, как в католическом соборе, окна, чердачные отверстия, массивные трубы и купол размером с трехэтажный дом. Перед ней стоял замок, крепость, тюрьма, из которой невозможно сбежать. И сейчас ее поведут внутрь.
Мужчина, стоявший на галерее, спустился по ступенькам вдоль резной балюстрады и направился по дорожке в их сторону. Подойдя к ним, он обратился к мистеру Глену:
— Ну как добрались?
Затем кивнул медсестре Мэй и, сцепив руки за спиной, внимательным взглядом смерил Клару. Это был невысокий поджарый человечек с аккуратно подстриженной козлиной бородкой и глубоко посаженными глазами. Темные волосы были зализаны назад, подчеркивая резкие черты смуглого лица. Темно-синий костюм сидел идеально, белый воротничок светился, будто маленькое привидение, а в начищенных кожаных туфлях отражался свет газовых фонарей, горевших на крыльце.
— Сначала дороги были не приведи господь, — пожаловался мистер Глен, — но потом погода переменилась.
— Хорошо, хорошо, — закивал мужчина. — А это, должно быть, Клара?
— Клара Элизабет Картрайт, доктор Роуч, — подтвердила медсестра Мэй. — Восемнадцать лет, физически здорова.
— Изолировать не нужно?
— Доктор Торн заверил нас, что она ничем не болела, — сказала медсестра Мэй. Она не спускала с доктора глаз, словно ожидая какого-то знака.
— Она не капризничала, спокойно себя вела? — поинтересовался доктор Роуч у мистера Глена, не обращая внимания на уставившуюся на него медсестру.
— Нет, сэр, — замотал головой мистер Глен. — Сидела тихо, как мышка.
— Ну и прекрасно, — сказал мистер Роуч. — Тогда проводите девушку внутрь, и мы ее заселим.
Клара сжала губы. В голове пульсировала боль. Они говорили о ней в третьем лице, словно ее там не было, словно она недочеловек, не способный слышать, чувствовать, говорить. Она протянула руку, надеясь, что врач поймет: ей здесь не место.
— Рада познакомиться, доктор Роуч, — с вымученной улыбкой произнесла она.
Доктор Роуч замер и посмотрел на протянутую ладонь, продолжая прятать руки за спиной. Медсестра Мэй, скривив рот, отпихнула ее руку.
— Не трогай его, — бросила она.
Доктор Роуч развернулся и пошел внутрь. Мистер Глен махнул женщинам, чтобы они следовали за ним. Клара словно приросла к тротуару. Может, попытаться бежать? Медсестре Мэй ее не догнать, но Глен ее быстро поймает. Медсестра ткнула Клару в спину, чтобы она поторапливалась. Девушка в бешенстве взглянула на нее, но пошла по дорожке к Чапин-Холлу.
Доктор Роуч открыл одну створку двойных дверей и подождал, пока они войдут. Он с подозрением смотрел на Клару, словно опасаясь, что она попытается снова до него дотронуться. Оказавшись внутри, медсестра Мэй и мистер Глен сняли верхнюю одежду и повесили на железную вешалку. Клара стояла не шелохнувшись.
— Пусть оставит пальто здесь, — сказал доктор Роуч, ни к кому конкретно не обращаясь, и его голос эхом отразился от стен просторного каменного фойе. — В женской палате «В» есть одно свободное место. Мистер Глен, принесите ее багаж, пожалуйста.
