Что с тобой не так? полностью

Оптимистичненько, конечно. На этом, видимо, вдохновение покинуло обладателя. Или ручка закончилась. После отступления в полстраницы новый текст был написан уже другой пастой. И сверху значились цифры, больше всего напоминающие даты. Моё сердце упало. Неужели это всё-таки обыкновенный дневник. Разочарованный, я приступил к чтению, решив, что если там будет что-то личное, я просто верну его Анжеле или выброшу. Копаться в чужом грязном белье мне хотелось меньше всего.

«Сегодня я хотел придушить её. Нельзя же быть такой жалкой. Чем мягче она себя пытается вести, тем больше меня это бесит. В последнее время это всё начинает напоминать качание на качелях с человеком, у которого очень слабый вестибулярный аппарат, тебе весело и нравится, он плачет, и его рвёт. Но самое интересное в том, что если этот человек будет качаться с тобой достаточно долго, он привыкнет. Нет, ему также будет плохо, может, даже хуже, но слезть с этой качельки для него будет уже трудновато. Ну и что, что желудок выворачивается, на подъёме-то дух захватывает. Каждый раз одно и тоже. Если не вывозят, зачем лезут качаться?»

Я отложил блокнот. Кто хотел придушить? И кого? Стас Анжелу? И какое странное сравнение с качелями. Я был совершенно сбит с толку. Мне захотелось разобраться.

«Что вы ищете? Ну что?! Вы этого не получите!» была следующая строка. Одна на всю страницу. Это интриговало. Столько драматизма. Я невольно ухмыльнулся. Да, детка, дай мне страсти. Я перевернул лист.

«У меня прекрасное настроение. Наконец-то я по-настоящему счастлив. Это такое облегчение. Я снова обвёл вокруг пальца этого беловоротничкого идиота. Как? Очень просто. Я показал ему, что он умнее меня. Дал почувствовать это. Можно сказать, расписался в своих недалёкости и слабоумии. А потом опрокинул его на лопатки перед всеми. И, конечно, вздрючили Ванюшку. Так ему и надо. Его дело пахать и прикрывать мою задницу, а не вопросы задавать и лезть в мои дела. Не лезь, убьёт. Как? Как такой дегенератишка как Стасик может быть опасен и кому? Ответ таков – каждому, кто так подумает!»

Я был обескуражен. Теперь текст шёл очень отрывочно, поэтому невольно приходилось делать паузы. А как только я заканчивал читать, сразу же набегали мыслишки-муравьишки и атаковывали сознание. Где-то в глубине души я прекрасно осознавал, что мне пора давно закрыть блокнот и отдать его Анжеле, а лучше выбросить. Что-то мне подсказывало, что ей лучше этого не читать. Осознавать осознавал, но как-то не спешил поступать таким образом. С другой стороны, мне же дали карт-бланш делать с этой информацией всё, что сочту нужным. А я хотел продолжить. Привет, грязное бельё чужой семьи. Супер-Эго с голосом, подозрительно смахивающим на голос моей властной бабули, было явно мной недовольно. «Молодой человек! Вам не следует совершать таких безнравственных поступков. Ты провоцируешь моё негодование!». Жуть. Зачем только вспомнил. Но я давно научился его игнорировать. Впрочем, как и постоянные придирки бабы Кати. То, что я прочитал на следующей странице, заставило меня закрыть злополучный блокнот.