Должны быть следы того, что кто-то входил в дом. Никаких признаков вообще… Это имело бы смысл для моей лжи – альтернативной реальности, которую я создала для всех, придумав, что Фрейю похитили с улицы. И это имело бы смысл, если б смерть Фрейи была трагическим несчастным случаем, падением с лестницы в темноте. Но это не так. Кто-то совершил убийство. И если б это была не я, наверняка нашлись бы следы чужого присутствия. Взломанный замок. Разбитое оконное стекло, которое я проглядела. Но ничего такого не было.
Это была я. Все указывает на это.
За исключением…
– Пока, Нейми!
Голос Хелен звенит у меня в ушах, по-детски нежный, и я смотрю, как родители ведут ее по дорожке, держа за руки с обеих сторон. Она оглядывается на меня, и я машу ей на прощание.
– Люблю тебя!
Хватая ртом воздух, я наконец-то прорываюсь на поверхность, выныриваю из темноты на свет и теперь понимаю, почему те слова не давали покоя.
Не было никаких признаков взлома. Но это не значит, что убийство совершила я, потому что…
– Постойте…
Резко выпрямляюсь. Оливия, которая до сих пор сидела тихо, не сводя глаз с моего лица, вздрагивает.
– Что случилось? – спрашивает она неестественно высоким голосом.
– Вы сказали, моя версия будет звучать правдоподобно, только если Фрейю убил кто-то другой.
– Да, это так, но…
– У Хелен есть ключ.
– Простите?
– Мне нужно поговорить с детективом Дженнингом.
– Подождите… Наоми, что вы имеете в виду, говоря, что у Хелен есть ключ? – спрашивает Оливия, наклоняясь ко мне.
– С тех пор как я стала жить отдельно от родителей, у нее всегда был ключ. Мы были лучшими подругами, она приходила в гости и уходила, когда хотела, и у меня тоже был ключ от ее квартиры. Когда мы вернулись на ферму, я дала ей ключ от дома. Кажется, я даже упоминала об этом в своем дневнике. Когда я узнала, что Хелен встречается с Эйденом, она вернула ключ мне, но я забыла о… забыла о ключе, который они дали ее родителям.
– Они?
Оливия выжидающе смотрит на меня, ее брови высоко подняты и исчезли под длинной челкой.
– Мои родители. Они дали родителям Хелен ключ, когда мы были маленькими, на всякий случай. Наверное, она взяла ключ у них. Она рассказала полиции, что я пыталась забрать Фрейю со свадьбы, она знала о моих психических проблемах и о том, где я спрятала дневник. Она – единственный человек, которому известно о бункере. И она знала о моем романе с Эйденом. Конечно, это мотив. Она убила Фрейю, а теперь пытается выставить меня виновной.
– Вы действительно считаете, что она способна на такое?
– Это была она. Это наверняка была она… Потому что если это не она совершила убийство, то это сделала я. А я не могла этого сделать. Фрейя была моей маленькой девочкой.
– Понимаю, вы не хотите верить, что сделали это, Наоми…
– Пожалуйста, – перебиваю я, тянусь через стол и беру Оливию за руку, умоляя прислушаться ко мне. – Пожалуйста. Это наверняка она.
Оливия чешет бровь и, надув щеки, ненадолго задерживает дыхание.
– Ладно. Я попрошу кого-нибудь позвать детектива. И ему придется изучить все, что может увести расследование в сторону от вас.
Яростно киваю.
Она быстро встает и распахивает дверь.
– Извините, к нам может кто-нибудь подойти, пожалуйста? – кричит она в коридор.
Она барабанит пальцами по дверному косяку, поворачиваясь на звук шагов, доносящихся с другой стороны.
– Да? – раздается чей-то голос.
– Можем ли мы поговорить с детективом Дженнингом? У моей клиентки есть информация, которую она считает важной.
– Я приведу его. Это займет несколько минут… думаю, он наверху.
Я слышу, как человек уходит обратно по коридору, а Оливия возвращается в комнату, закрыв за собой дверь.
Мы ждем, и мой взгляд перебегает с ее безучастного лица на настенные часы, стрелка которых медленно движется по циферблату.
Где же он? Мне нужно поговорить с ним. Нужно убедить его в том, что убийство совершила Хелен. Все обстоятельства говорят против меня. Но, возможно, они же меня и оправдают. Мне просто нужно добиться, чтобы Дженнинг меня выслушал.
Дверь распахивается, и я вздрагиваю, словно по моим венам пропустили электрический ток. Вскакиваю на ноги, резко отодвинув стул.
– Детектив Дженнинг, мне нужно кое-что сказать…
– Наоми, – жестом останавливает меня Дженнинг. – У нас есть к вам еще несколько вопросов. Пройдемте со мной, пожалуйста.
– У моей клиентки есть для вас информация, которую вы обязаны расследовать. Информация, указывающая на то, что к смерти Фрейи причастен другой человек, – авторитетно заявляет Оливия, полностью утратив всю мягкость голоса. – По какому поводу у вас вопросы?
Дженнинг пронзает меня взглядом, на его лице ясно читается гнев.
– Появились новые улики по делу.
