— Шнель, шнель! — подталкивали арестованных прикладами автоматов эсэсовцы-конвоиры.
На главной площади в Комаричах — виселица. Восемь петель…
В середине помоста, под перекладиной, с гордо поднятой головой стоит широкоплечий, лобастый, светловолосый человек, известный всей округе. Взгляд его устремлен поверх конвоиров и палачей, туда, где собрался народ:
— Товарищи, граждане! Красная Армия близка! Громите фашистских мерзавцев! Уничтожайте предателей! Смерть немецким оккупантам!
Через несколько минут все было кончено. Угрюмая толпа медленно растекалась по заснеженным улицам. Над поселком низко висели черные тучи, валил густой мокрый снег. Яростно шумел осенний ветер, раскачивая и сталкивая тела казненных. Казалось, сама природа восстала против злодейской расправы над сыновьями земли брянской. Это было 8 ноября, на второй год войны.
После казни патриотов на стене камеры смертников была обнаружена надпись, нацарапанная гвоздем:
«Напрасно фашисты тешили себя мыслью, что организация уничтожена. Оставшиеся в живых подпольщики, изменив пароли и явки, укрылись вначале в деревнях, но держали связь друг с другом и партизанами. Прежде всего была усилена разведка на железнодорожном узле и на дорогах. Ее вели Петр Тикунов и Володя Максаков. Тогда на станции Комаричи под парами еще стоял фашистский бронепоезд, который курсировал в сторону Брянска и Льгова. Петр Тикунов и его товарищи то и дело подбрасывали в буксы песок, сковывали движение бронепоезда на боевых маршрутах. Мы знали о передвижении всех эшелонов и автоколонн противника».
В тот период гитлеровцы, проиграв битву за Сталинград, которая внесла решающий вклад в достижение коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны и всей второй мировой войны, готовились к летнему наступлению на Курской дуге. Связь с лесом становилась все более стабильной. «Перевалочный пункт» в Бочарове работал с полной нагрузкой и раскрыт не был.
