После расправы над незымаевцами обер-бургомистр «комбриг» Каминский приободрился, устроил пышный банкет, на котором поднял тост за восстановление партии «Викинг». По этому поводу он обратился с «манифестом-приказом» № 90 от 29 марта 1943 года к населению округа. В нем самозваный «вождь», зная, что за его спиной немцы, с амбицией писал:
«Я призываю мой народ включиться в активную борьбу с большевизмом до полного его уничтожения. Для руководства этой борьбой считаю необходимым практически разрешить вполне назревший вопрос образования национал-социалистской партии «всея Руси…»
Этим же «манифестом» был образован оргкомитет в составе наиболее доверенных лиц «вождя» для разработки структуры, устава и программы этой мифической партии.
На предательский призыв партизаны от имени всего населения ответили «комбригу» посланием, напоминающим письмо запорожских казаков турецкому султану. Через связных, тайно проникших в Локоть, письмо было положено ему на стол.
«Главному предателю, фашистскому холую, сиятельному палачу русского народа, шлюхе гитлеровского притона, кавалеру ордена в мечах и осинового кола, обер-бургомистру Каминскому.
На твое письмо шлем мы ответное слово. Мы знаем, кто ты — изменник! Ты продал Родину… Тебе не впервые торговать Родиной и кровью русского народа.
Мы тебя били с твоей поганой полицией. Дрожи еще сильнее, сволочь! Слышишь канонаду? То наши советские пушки рвут в клочья твоих хозяев. Ты содрогаешься при разрывах наших приближающихся снарядов. Дрожи еще сильнее, знай: час расплаты близок.
Мы были мирные люди — добрые хозяева, ласковые отцы, мужья и братья. Твои бандиты посеяли зло и ненависть. Волки лютые, людишки без чести и совести! Это вы залили кровью нашу землю, опозорили наших жен, сестер, невест, угнали свободных советских людей на немецкую каторгу.
И как ты, палач и злодей, после всего этого надумал пригласить нас к себе в плен?
Мы — народ не из нежных, и своей брехней нас не возьмешь, не запугаешь.
Ты всю жизнь торговал совестью своей…
Так как же ты, грязная сволочь, посмел обратиться к нам, смердить наш чистый воздух? Не в предчувствии ли взрыва народного гнева, не в предчувствии ли окончательного разгрома фашистских орд ты завыл, как шакал?
Краток наш разговор с тобой. Вот тебе последнее слово наше: придем к тебе скоро, скорее, чем ты ожидаешь. Красная Армия бьет немецких разбойников на востоке… Мы, партизаны, двинем вместе с Красной Армией с юга и севера, с востока и запада. Мы придем мстить, и месть эта будет беспощадной. Солдат и полицейских, обманутых тобой, мы пригласим к себе и помилуем, если они вовремя опомнятся. А для тебя мы приготовим осиновый кол и петлю с большим узлом под подбородком.
До скорого свидания, обер-палач! Долизывай, пока жив, щетинистые зады твоих немецких генералов. Партизаны Орловщины»[8].
