Космос велик, но не каждому суждено найти здесь свое место. Крушение пассажирского лайнера выбрасывает Гая Кормака за границы привычной жизни и с головой окунает в доселе неизведанный, дикий мир. После климат — контроля, ежедневной рутины и монотонной работы на космической станции — хищные звери, природные катаклизмы, пираты, сокровища и целая планета в распоряжении одного — единственного человека — это кого угодно заставит пересмотреть свои взгляды на жизнь и попытаться нащупать свой путь. Начать что — то новое…
ЖЕСТКАЯ ПОСАДКА
Разрывая верхние слои атмосферы капсула ворвалась в околопланетное пространство и, оставляя за собой огненный шлейф продолжила приближаться к поверхности. От нее отваливались куски обшивки и какие — то мелкие детали, но основные системы были дублированы много раз, и поэтому человек внутри все еще оставался жив. Он давно избавился от содержимого желудка, и казалось ему, что лучше бы он остался на терпящем крушение лайнере…
Охлаждающие системы не справлялись, температура в этой предназначенной для спасения человеческой жизни консервной банке поднялась до шестидесяти градусов по Цельсию, и пассажиру внутри оставалось только беззвучно молиться, прерываясь на матерную брань в те моменты, когда перегрузки становились особенно болезненными.
Наконец, сработали одноразовые тормозные двигатели, потом раздался хлопок пиропатрона и невольного астронавта снова вырвало, на сей раз желудочным соком. Капсула закачалась на парашютных стропах.
Это был запасной парашют, не такой большой и надежный, как основной, контейнер с которым отвалился еще на подлете к планете. Посадка предстояла жесткая.
Когда до земли оставалось метров двести, отвалился еще один кусок обшивки, и сквозь хитросплетения проводов и каркас капсулы человек увидел хмурые облака, морские волны, накатывающие на пологий берег и мрачноватого вида равнину со скудной растительностью.
Какова вероятность того, что примитивный сканер капсулы со своей весьма ограниченной дальностью таки наткнется на планету земного типа? Крайне мала. Какова вероятность того, что поврежденная капсула доставит человека к поверхности живым и почти невредимым? Ничтожно мала…
Хлопнул еще один пиропатрон, обеспечивающий более — менее ровную посадку и, примерно с трехметровой высоты, капсула грохнулась на мелководье, подняв целую тучу брызг и погрузившись в воду на добрых полметра.
Повисший на ремнях безопасности человек глухо застонал, потом выматерился и принялся отстегиваться. Одну из застежек заклинило, и безуспешные попытки ее расстегнуть вызвали целую бурю эмоций:
— «…вы не можете проносить на борт межпланетного лайнера колюще — режущие предметы», — говорили они! «Мистер Кормак, вас обеспечат всем необходимым» — говорили они! Имел я вас в виду, чертовы придурки! Ка — ак я теперь буду отцеплять этот гребаный ремень? «Гай, зачем тебе в перелете нож?» — спрашивала она! Как мне теперь отцепиться? Вот что я спрашиваю!
Не выдержав напора, ремень просто — напросто вылетел из крепления на стене и пассажир рухнул на дно капсулы, прямо в просачивающуюся сквозь дыры в обшивке воду и при этом ударился головой и коленом.
— У — у–у! — взвыл он, но потом сделал усилие и, приподнявшись, принялся вручную открывать люк капсулы.
Открутив нужный вентиль и повернув рукоятку, человек толкнул люк, и он подался, впустив внутрь еще больше воды, какие — то водоросли и двух мелких рыбешек, которые принялись плавать внутри капсулы, пытаясь выбраться наружу.
Повертев головой, потерпевший крушение увидел надпись «АВАРИЙНЫЙ КОНТЕЙНЕР. Для того чтобы взять, поверните красную рукоятку вправо». Через секунду в его руках оказался увесистый серый кейс размерами примерно 1х 0,5 метра.
— Хм! — глаза его наткнулись на индивидуальный бейдж — билет компании «Центавр». — Я сдеру с них все, что мне причитается… Сохраняйте билет до конца поездки, говорили они… Вероятность страхового случая — менее одной сотой процента, говорили они…
На бейдже был стандартный логотип компании — кентавр с луком и стрелами, порт приписки лайнера, маршрут, фотография пассажира, биометрические данные, данные о месте рождения ну и имя — фамилия, само собой.
С фотографии смотрел молодой сероглазый темноволосый парень, коротко стриженый, небритый и то ли уставший, то ли не выспавшийся. «Гай Дж. Кормак» — значилось в сответствующей графе.
Бейдж — билет был запихнут в один из карманов штанов, и Гай Дж. Кормак, подхватив аварийный контейнер, вылез в люк и побрел к берегу — по пояс в воде. Ушибленное при посадке колено ныло, море было холодным, ветер — пронизывающим.
Добравшись до берега, парень просто рухнул на относительно сухие камни, выбросив вперед руку с контейнером¸ и замерев так на несколько секунд.
Вся тяжесть ситуации, не осознанная им во время крушения лайнера, полета и посадки капсулы обрушились на него с удвоенной силой. До этого он просто решал первостепенные задачи: согласно инструкции забраться в капсулу, пристегнуться, нажать единственную кнопку… А потом автоматика сама сделала остальное: инъекция мощного снотворного сразу после отстрела, чтобы пассажир не нервничал и не тратил драгоценный кислород попусту, и инъекция стимулятора, чтобы после посадки не впал в панику и начал действовать… Приступ отчаяния настиг Гая до того, как стимулятор оказал свое бодрящее воздействие, и теперь он корчился на прибрежных камнях, осознавая с одной стороны фантастичность своего везения, а с другой — ничтожность шансов на собственное выживание.
