Он увез меня в свой особняк. У него там было все готово: белое платье, стоящее целого состояния, и все, что полагается к нему. Меня одели, причесали и вывели к жениху. Я до этого как-то не очень верила в реальность происходящего, но когда увидела его, как он с жадностью и восторгом смотрит на меня, я поняла неотвратимость и всамделишность предстоящего и хлопнулась в обморок. Это на какое-то время отсрочило брачную церемонию, но она все-таки состоялась. Я стала миссис Гордон. Когда мы выходили и репортеры щелкали своими аппаратами, он шепнул мне:
– Этот день я запомню на всю жизнь и исполню любое ваше желание.
Я ничего не сказала, но в машине я подняла на него глаза (до этого я избегала смотреть на него) и спросила для верности:
– Любое?
Он рассмеялся.
– Конечно, кроме желания вернуть вам свободу.
– Я так много не попрошу. Я хочу домой – увидеть Рэя. Я должна сама ему все сказать.
– Лиз, знайте: каждый мужчина, шатающийся возле вас, вызывает во мне неудержимое желание свернуть ему шею, и, чтобы не вводить себя в искушение, я сделаю так, что у них будет мало шансов приблизиться к вам, но напоследок я разрешу вам переговорить с ним.
– Спасибо, но я хочу без свидетелей.
– Нет, он может что-нибудь сделать с вами.
– Он слишком любит меня, он не причинит мне зла. Вы обещали, что выполните! – Я умоляюще посмотрела на него.
Он нахмурился, но сказал:
– Когда вы так смотрите, вам невозможно отказать, но я буду поблизости.
Когда мы подъехали, Рэй сидел на крыльце у распахнутой настежь двери. Он вскочил и бросился ко мне, но не добежал, он как наткнулся на что-то. Я ужаснулась, когда увидела его помертвевшее лицо. Я взяла его за руку и повела в дом, и не дала войти туда Стиву.
– Рэй, я вышла замуж, я уезжаю.
– Зачем ты это сделала?
– Так надо.
– Я умру без тебя, Лиз.
– Нет, ты уедешь к Фрэнку и забудешь меня, ты встретишь другую девушку и полюбишь ее, ты молод, у тебя вся жизнь впереди.
– Мне она не нужна без тебя. Ты была всем в моей жизни. Мне теперь незачем жить.
– Да правда ли, что любишь меня?
– Зачем ты спрашиваешь?
– Я не верю, это все слова, если б ты любил, то был бы счастлив моим счастьем, а я счастлива и люблю своего мужа, но ты хочешь, чтобы я страдала из-за тебя. Скажи, ты этого хочешь?
—Нет.
Это было жестоко, но я должна выдержать, я не должна отвести глаз от его страдающего лица.
– Рэй, обещай мне, что уедешь к Фрэнку, что постараешься забыть меня, что будешь как все, что не сломаешься, потому что если с тобой что-нибудь случится, я не смогу простить себе и ты и меня убьешь.
– Лиз!
Это был вопль смертельно раненного человека. Меня забила дрожь.
– Обещай! А если нет, то уж лучше убей сейчас.
На какое-то мгновение в его лице появилось что-то безумное, все его тело налилось нечеловеческим напряжением. Я подумала, что точно убьет, но не испугалась, но что-то сделалось с моим лицом, Рэй обмяк и испугался сам.
– Лиз, что с тобой?
У меня подкосились ноги, я, наверное, упала бы, не подхвати он меня, я второй раз скрылась в обмороке.
Когда Стив вышибал дверь, я пришла в себя. Не знаю как, но я успела встать между ними.
– Нет, не смей! – крикнула я Стиву, и он опустил пистолет. Я обернулась и с отчаянием вцепилась в Рэя.
– Обещай мне!
– Обещаю, – глухим еле слышным голосом сказал Рэй.
Я как-то дошла до машины. У меня еще хватило сил попросить Стива позвонить Фрэнку и оставить своего охранника присматривать за Рэем, пока не приедет Фрэнк. После чего в третий раз хлопнулась в обморок. Я оказалась настоящей кисейной барышней, а Стив – джентльменом и не трогал меня в ту ночь.
На следующее утро мне вместе с завтраком принесли в постель фотографии Рэя и Фрэнка, как они идут от дома и садятся в машину. Рэй выглядел лучше, чем я ожидала, а Фрэнк – наоборот.
Дверь отворилась, и появился улыбающийся очень элегантный человек. Он подошел и поцеловал мою руку. До встречи с ним у меня ее никто не целовал, но ему я ее давала очень естественно, как будто всю жизнь только этим и занималась, или он так действовал на меня, или во мне проснулись предки по линии Таррелов. Но все же я смутилась, когда поймала его взгляд где-то в вырезе своей рубашки. Брауны, со стороны Нэнси, даже хотели спровадить меня под одеяло, но тут вмешалась я сама. Чего уж теперь-то! И осталась сидеть.
Стив рассмеялся.
– Почему вы смеетесь? – заносчиво спросила я, потому что видела: он заметил мои колебания.
– Я думал, что этого уже нет на земле, – загадочно ответил он.
Я пожала плечами и на всякий случай не стала уточнять, чего именно.
– Вы видели фотографии? – спросил он.
– Да.
– Все в порядке?
– Ага.
– В таком случае вставайте, мы улетаем на Неприступный.
– Куда?
– На мой остров, где мы будем жить и где никто нам не будет мешать.
– Хорошо.
Я выжидательно посмотрела на него. Он опять рассмеялся, но все же вышел. Я вскочила, как заяц, на цыпочках подбежала к двери и закрыла замок и, уже не торопясь, пошла в ванную. Такую красоту как-то жалко было нарушать, но я решилась, попробовала ногой воду и прыгнула. И наплевать на брызги.
