- Это древесные нимфы. Дриады. Знаешь, в греческой мифологии...
- Да знаю я, - недовольно заявила Анна, - почему они такие... странные?
- Ну, - Нильс сделал глубокий вдох, - жил у нас парень, который очень сильно любил все эти штуки из мифологии. И еще женщин любил. Ну, может и сейчас любит, хотя я после такого бы... ну ладно. В общем, его фантазией были дриады. Но что-то пошло не так. Они получились немного незаконченными и, как бы это сказать, их создатель не совсем определился с тем, как именно они должны выглядеть.
Анна и сама это видела. Местные дриады представляли собой женщин, застрявших в деревьях. Их ногами были корни деревьев, уходившие глубоко в землю. Вместо рук у них были ветки с маленькими зелеными листьями. Волосы тоже являли собой росшие во все стороны ветки. Человеческими у них были только лица и тяжелые груди. Несчастные лица, с засохшими дорожками слез. Анне стало их жалко. Из их глаз лилось бесконечное горе, а его нельзя было даже смахнуть. От него нельзя было сбежать. Каждую секунду эти существа видели один и тот же пейзаж, переживали одну и ту же печаль. Обездвиженные, замерзшие и брошенные.
- Их создатель покинул их, верно?
- Да. Он говорил, что они сводят его с ума. Он постоянно слышал их голоса, тогда как больше никто не слышал. Они звали его и проклинали за то, что он их создал. Они каждый день признавались ему в ненависти. Он не смог этого больше выносить и уехал. Надеюсь, что до того места, где он сейчас, их голоса не достают.
- Но это же ужасно! Он поступил ужасно. Он их создал и они мучаются по его вине!
- А разве не так происходит в жизни со всеми? И потом, он не думал, что все выйдет так. Он ничего не мог изменить. Никто не смог изменить или уничтожить свои фантазии.
- И разве ничего нельзя сделать?
- Этот парень когда-нибудь умрет и дриады умрут вместе с ним. И конец страданиям. Все просто.
С этими словами они покинули парк и несчастных женщин, живущих в деревьях. Дальше они какое-то время шли молча. Анна думала о дриадах, об огромном прозрачном ките, который вынужден кружить в воздухе над этим городом.
- Знаешь, я тут подумала...
- Ого, удивительное рядом.
- Перестань. Я подумала вот о чем: а чем питается кит? Обычно они питаются крилем, но что-то не припоминаю, чтобы криль водился в воздухе.
- Да ты просто гений. Я обязательно сообщу о тебе нобелевскому комитету, - Нильс попытался как можно более торжественно улыбнуться. - Да черт его знает, на самом деле. Ничего он не ест. Он просто фантазия. Он пустышка, а не настоящий кит.
Анне нечего было на это ответить. То есть, в ее голове роились бесчисленные мысли, но она предпочла промолчать. Дальше они снова шли молча. Миновали ряд нелепых маленьких домиков в стиле барокко, если такое определение можно было применить по отношению к этим памятникам обветшанию. На ступеньках самого крайнего дома им открылась картина воистину удручающая: с початой бутылкой бренди сидел человек. Согбенный, тянущийся к земле отголосок мужчины. Он был одет в простые черные брюки, торс его обескураживающе и вопиюще обнажен. Его руки были неестественно длинными, из спины торчали два огрызка крыла. Грязные, редкие перья. Левое крыло было поднято вверх, а правое безвольно примостилось на ступеньке. Этот удивительный человек спал, опрокинув голову на согнутые колени.
- А кто это? - спросила Анна шепотом, чтобы не разбудить крылатое создание.
- Это Гаррэт. И ты не отвяжешься, пока я не расскажу его историю, да?
Анна утвердительно и необычайно серьезно кивнула.
- Гаррэт хотел исполнить мечту многих людей - уметь летать. Он нафантазировал себе крылья, но они получились хилыми, слабыми и неспособными к полету. Он так ни разу и не взлетел. И, как и все остальные, отменить свою фантазию он не смог. Вот ему и приходится жить с этим ненавистным балластом. И уехать он не может, потому что сам стал наполовину фантазией.
Они не стали будить Гаррэта и пошли дальше.
- Почему ни у кого не получилось отменить фантазии? - спросила Анна.
- Из-за волшебника. Он был главным по все этим делам. Люди приходили к нему со своими тайными желаниями, а он их исполнял. Только, оказалось, что волшебник из него так себе. И почти все шло у него наперекосяк. Лишь некоторые фантазии получались весьма неплохими. Но самая главная проблема состояла в том, что он не смог ничего изменить или отменить.
- И где он теперь? Тоже уехал из города?
- Не совсем. А вот, кстати, и он. Знакомься, это наша местная легенда - Безумный Леонард. Кстати, ходят слухи, что парусник, на котором возят туристов - это его личная фантазия.
Анна громко расхохоталась.
- Ты действительно думаешь, что он и есть главный создатель фантазий? - спросила она.
- Да, я уверен. Чего ты смеешься? Дело всей жизни этого парня пошло под откос, вот его психика и не выдержала. Обычное дело.
Анна подошла к Леонарду и поздоровалась. Старик внимательно посмотрел на нее, как будто пытался разглядеть в ее чертах что-то знакомое, пожал плечами и продолжил разглядывать потерявшую электричество лампочку за мутными стеклами уличного фонаря.
