— Нет, не заодно. Но внушить ей, что вы как-то сможете повлиять на ситуацию, попав в межмирье, у него получилось, и это стало его крахом. — Мафука допил чай. — Элнида была одержима идеей вернуть Аджараса, она опять хотела запустить артефакт, а Март Пшечек хотел получить кресло ректора и Элниду, в которую был влюблен. Он ведь давно опутал академию паучьими сетями шантажа и наживы. Помните Газило Баракудеса?
Светлана Львовна вздрогнула. Как наяву, в памяти всплыло пучеглазое лицо рыбожаба.
— Это был лишь мелкий винтик. Март искал способ присвоить себе магию древнего мастера, запечатанную в доме, и заодно копил деньги. Племянник Пшечека был очень жадным человеком. Он сумел найти подход даже к Гворкенстону, хотя старый лепрекон прежде всего верен одному — золоту, поэтому с жадностью Марта был не надежным союзником, скорее двойным агентом. И все бы ничего, но появились вы и развили бурную деятельность. Племянник Пшечека решил, что это его шанс, а еще Марта беспокоил магический контракт, который связывал вас с Аджарасом и академией. Вы были неучтенным элементом и сломали игру, впрочем, играл сам с собой старик Время. И всесильным порой становится скучно, приходит пора что-то поменять. Маленькая песчинка, мадам Райская, перевернула песочные часы, погребя под завалами притворства и интриг фальшивого Пшечека.
— Значит, Марта Пшечека поймали? — Света заерзала на стуле от нетерпения. Предания глубокой старины ее не особо волновали. Больше всего Райскую интересовал результат. Что сейчас происходит в мире магических чудес и не опасно ли туда возвращаться, соблазнившись новым контрактом?
— Поймали. — Дроу усмехнулся. — Вы когда вернулись, мадам Райская?
Светлана Львовна мельком глянула на часы.
— Может, час или полтора назад. В электричке оказалась, как будто с работы ехала.
— А у нас уже пара месяцев прошла. И Марта Пшечека, а также его «паучат» в академии и за ее стенами ликвидировали. Каждый получил свое. — Глаза Мафуки сверкнули серебром, словно покрылись изморозью. — В академии теперь относительно безопасно.
— Относительно? — насторожилась Светлана.
— Конечно. Студенты — народ непредсказуемый, но у вас будет магический контракт. И кстати, ваши подопечные за вас очень волнуются.
Дроу сделал почти мхатовскую паузу.
— Много чего произошло. В частности, Мельзитунейн с Кельдой начали встречаться, и мистера Фрока поведение сестры очень беспокоит. Олиско со своим питомцем теперь вообще достояние страны и учится, появляясь в академии набегами. Моро оказались удивительно живучими и прекрасными поглотителями враждебной магии. Она действует на эти живые кусты как ускоритель роста, а те из Изи, которые с циферблатами, еще и время замедляют вокруг нарушителя. Иергоны же, передав свои земли под юрисдикцию хранительницы, решили все свои проблемы. Бесконтрольные проходы в связке с моро блокируются за мгновения. Летси научилась справляться со своим зверем с помощью Алканиасы Стратимовны и Гринстена, а Вильент стал любимчиком Висказеса, работая в паре с Кельдой и ее эльфиком. Ну и свадьба намечается, как я уже говорил. Так вы возвращаетесь? На свадьбе побываете одним из главных действующих лиц, общежитие в порядок приведете, от подопечных своих про все подробнее узнаете. — Мафука искушающе улыбался. — Магический контракт на работу, свадебную церемонию и ремонт общежития со всеми чудесами берете?
И таким озорным и непривычным было выражение его лица, что Света невольно весело рассмеялась и махнула рукой.
— Беру! Все беру. И чудеса, и ремонт, и свадебную церемонию.
— Я это не подписывала. — Светлана Львовна стояла в кабинете заместителя ректора с двумя туго набитыми чемоданами, которые она собрала дома в рекордные сроки, и злилась.
Хотя кроме повода злиться у нее еще был повод бояться. Вокруг нее, проверяя на прочность щит, созданный магическим контрактом, ходила стройная дроу с такими же глазами, как у Мафуки. Холеное смуглое лицо, затейливая прическа из белокурых тонких косичек и облегающий наряд никак не соответствовали образу матери взрослого, очень взрослого сына. А это была именно мать, мать Изейдомафука а'Хасшда, очень решительно настроенная убрать ничтожество, помешавшее ее планам.
Ничтожеством, по ее мнению, была Света, а убрать ее из-за магического контракта можно было только кардинально — убить.
Как оказалось, Мафука заявился к Светлане вместо собиравшегося за ней ректора, поскольку коварному дроу нужно было внести в магический договор свои маленькие изменения. Свадьбу.
Поскольку матриарх и глава семьи а'Хасшд сочла, что сыну пора не только «протирать штаны в академии», но и послужить на благо семьи, например выгодно женившись, дроу поспешил опередить мать и вписать в Светин контракт свадьбу с собой в качестве жениха. Рассуждал он весьма прагматично, руководствуясь тем, что люди без магии живут недолго.