— Ты знаешь, ты красиво вышиваешь, я люблю белую гладь. Ладно, мне пора, отчет можешь на следующей неделе принести. Счастливо.
Самира смотрела на то место, где миг назад стояла Галина Сергеевна и пыталась понять, что это только что было. Взяв в руки свой платок, который похвалила начальница, Самира задумалась ненадолго, а затем, заметив, что уже час дня и наступил перерыв на обед, она быстро собралась и направилась к выходу. Девушка, конечно, слышала, как ее окликнула подруга Рита, с которой по традиции они обедали вместе, но она жестом, на бегу показала что спешит и скрылась из виду до того, как на ее голову обрушились вопросы Риты. Конечно, на нее это было совершенно не похоже, но сейчас ей меньше всего хотелось чтобы ее кто-то выдернул из этого странного умиротворенного состояния, в котором Самира как в теплом водоеме плавала с самого утра.
В этом покое было хорошо и ни о чем не хотелось думать. Впервые в жизни ей хотелось чувствовать и проживать эти чувства, которые были похожи на облегчение.
Конечно же, это было лишь затишье перед бурей и, скорее всего, так ее тело реагировало на будущие потрясения и важные решения, которые придется принимать в самое ближайшее будущее. Передышка? Да, возможно, но и за нее спасибо.
Через час Самира сидела на рабочем месте с новым, купленным двадцать минут назад платком и белым по белому вышивала новый узор, еще не понимая, что это будет, но не вышивать в тот момент она не могла. Впервые она так самоотверженно отдалась потоку. Девушка не замечала, как к ее рабочему месту несколько раз подходили сотрудники, что-то спрашивали, ворчали, что она занимается на рабочем месте какой-то ерундой, одна девушка даже грозилась позвать начальницу, но ничего не могло вывести Самиру из этого странного потока. Она словно срослась с этим платком и этой нитью.
В пять часов вечера вышивка была готова. Не осознавая до конца, что делает, Самира направилась в кабинет начальницы с оконченным изделием, провела у нее не больше минуты, и вернулась к себе, уже без него.
Самира быстро собралась и поспешила домой — через два часа встреча в ресторане с Кириллом, к которой нужно морально подготовиться. Все, началось! Умиротворение спало с нее как бусины от лопнувшей нити, удерживающей ожерелье цельным украшением. И оно покатилось по полу, а девушка переступила через остатки этой драгоценности и вернулась в свой привычный ритм жизни.
Галина Сергеевна сидела за столом и смотрела на белую вышивку у себя на коленях — нежные колокольчики и маленькая стрекоза. Рисунок был миниатюрный, прямо в центре платочка, но такой нежный, что нельзя было остаться равнодушным. Улыбка на лице женщины делало ее черты мягкими и женственными, словно никогда не было этой строгой начальницы, держащей в своей стальной руке весь отдел.
В ресторан Самира пришла как полагается — голубое шелковое платье, оттенявшее цвет ее глаз и бежевые кожаные босоножки на шпильке. Неброский макияж делал ее нежной королевой, которая не вполне осознавала свою роль — еще слишком молода. Кирилл — молодой представительный мужчина, облаченный в темно-синий костюм, с уложенными густыми волнами каштановых волос на голове. Уверенность в себе читалась в каждом его жесте и в каждом взгляде. Победитель, так бы можно было его назвать.
Он встретил ее с радостной и восхищенной улыбкой, в который раз отметив про себя, как ему повезло с красотой его избранницы. Хотя у его родителей именно к ее красоте были основные вопросы — они сомневались, что такая заметная девушка может стать верной спутницей их сыну. Но этот союз сулил выгоду всем, поэтому и его родители и отец Самиры только и ждали когда наступит благоприятный момент для узаконения этих отношений. Даже не смотря на то, что девушка еще слишком молода чтобы думать о браке.
Разговор с самого начала не клеился — говорили о погоде, о делах на работе, о поездке в Прагу, а когда затянулось неловкое молчание, официант вовремя разрядил обстановку, явившись за заказом. Кирилл попросил принести среди прочего шампанское, что насторожило Самиру еще больше — это на него не похоже. Ее худшие подозрения начали подтверждаться — скорее всего, сегодня их ждет серьезный разговор.
— Знаешь, ты сегодня необычайно красива. — беря ее за руку, пробормотал он, — Не могу найти слов. Ну, я не многословен, ты же знаешь, однако сегодня ты особенная, как и день этот.
— Спасибо. — попыталась улыбнуться Самира, но это у нее слабо получилось и обычно такой внимательный Кирилл это заметил — его серые цепкие глаза просканировали ее как рентген.
— Что случилось? — задал он вопрос, выпуская ее руку из своей и выпрямляясь в своем кресле, — Снова устала на работе? Я бы хотел, чтобы ты меньше тратила сил на эту свою работу.
«Эту свою» прозвучало обвинительно, холодный тон резал слух, и Самира поежилась, однако мягко ответила, что ей нравится ее работа. Кирилл пожал плечами и быстро поправил свои темно-русые волосы знакомым ей жестом — когда он был раздражен, он всегда так делал.
