Наутро опасения Типа, увы, подтвердились. Когда при первых проблесках зари путешественники поглядели вниз, они увидели под собой широкую равнину, усеянную странного вида строениями. Крыши их были не куполообразные, как повсюду в Стране Оз, а покатые. Вдобавок по равнине разгуливали диковинные животные. Ни Страшила, ни Дровосек подобного никогда не видели, хотя во владениях Глинды бывали и не однажды.
— Мы заблудились! — горестно признался Страшила. — Рогач, похоже, унёс нас далеко за пределы Страны Оз, через песчаную пустыню в ужасный Потусторонний Мир, о котором нам рассказывала Дороти.
— Скорее назад! — в панике закричал Дровосек Рогачу. — Разворачивайся сейчас же!
— Так и опрокинуться недолго, — возразил Рогач. — Я ведь ещё неопытный летун и предпочёл бы где-нибудь приземлиться, повернуться задом наперёд, а потом уж снова взлететь.
Однако места, пригодного для посадки, не было видно. Внизу промелькнула какая-то очень большая деревня или маленький городок. Вдали показалась горная цепь с острыми скалами и глубокими ущельями.
— Вот где можно приземлиться, — решил мальчик, когда горные вершины оказались совсем близко, и, повернувшись к Рогачу, скомандовал: — Садись сразу, как только увидишь ровное место.
— Сказано — сделано, — отозвался Рогач и начал садиться на узенькую площадку между двух отвесных скал.
Увы, не имея навыка, Рогач не смог хорошенько рассчитать скорость и промахнулся на целых полкорпуса, обломал при этом два правых крыла об острый край скалы, потом и вовсе потерял равновесие, не удержался и тяжело рухнул вниз.
Друзья цеплялись за диваны, пока это было возможно, но когда Рогач, задев за выступ скалы, вдруг замер и повис кверху ногами, пассажиры посыпались вниз, как горох.
По счастью, падать пришлось недолго — прямо под ними, всего в нескольких метрах, оказалось чудовищной величины гнездо, выстроенное колонией Вороков. Так что при падении никто не пострадал, даже Тыквоголовый: драгоценная голова Джека уткнулась, как в подушку, в грудь Страшилы. Тип упал на кучу каких-то бумажек и даже не ушибся. Кувыркун звонко стукнулся круглой головой о спину Коня, но, кажется, без особого для себя ущерба.
Железный Дровосек был сильно потрясён падением, однако, оглядевшись и не обнаружив ни единой царапины на своём блестящем никелированном корпусе, повеселел и обратился к товарищам с речью:
— Ничего не скажешь, — начал он, — путешествие наше закончилось неожиданно. Но можем ли мы винить в случившемся нашего друга Рогача? По совести — нет. На него пусть ответит тот, у кого мозги поострее моих.
При этих словах все взглянули на Страшилу. Тот подполз к краю гнезда и выглянул наружу. Внизу чернела глубокая пропасть. Сверху нависала совершенно голая отвесная скала с одним-единственным выступом, на котором болталось, зацепившись одним из диванов, покалеченное тело Рогача. Деваться было некуда и помощи ждать неоткуда. Убедившись в этом, маленькая компания путешественников впала в уныние.
— Мы снова в тюрьме! — печально заключил Кувыркун.
— Уж лучше б мы остались во дворце, — простонал Джек. — Горный воздух, может быть, вреден для тыкв.
— Клювы Вороков наверняка вреднее, — возразил Конь. Падая, он повалился на спину и теперь отчаянно дрыгал ногами, пытаясь перевернуться. — Тыквы для Вороков — первое лакомство.
— Ты думаешь, птицы ещё вернутся? — ужаснулся Джек.
— Без всякого сомнения, — кивнул Тип, — ведь это их гнездо. И обитает их тут, похоже, не одна сотня, — добавил он. — Вы только посмотрите, сколько всякой всячины они сюда натаскали!
Гнездо и впрямь было битком набито разнообразными предметами, для птиц совершенно бесполезными, которые Вороки год за годом таскали сюда из чужих домов. А поскольку гнездо размещалось в укромном, скрытом от глаз людей месте, к хозяевам эти вещи уже не возвращались никогда.
Порывшись в мусоре — Вороки ведь тащили всё подряд: и ценные вещи, и ненужный хлам, — Кувыркун выковырял лапой великолепное брильянтовое ожерелье. Заметив восхищённый взгляд Железного Дровосека, он преподнёс ему свою находку в дар, сказав подходящую к случаю торжественную речь. Счастливый Дровосек тут же повесил ожерелье себе на шею и не мог им налюбоваться. Действительно, брильянты сияли в солнечных лучах чудным блеском.
Но вдруг послышался страшный клёкот, хлопанье множества крыльев — всё ближе, ближе…
— Вороки возвращаются! — закричал Тип. — Сейчас они заметят нас, и тогда — пиши пропало!
— Вот чего я всегда боялся! — запричитал Тыквоголовый. — Наступает мой смертный час!
— Да и мой, кажется, тоже, — приуныл Кувыркун. — Вороки — злейшие враги всего моего рода.
Положение остальных было не столь отчаянно. Благородный Страшила вызвался защитить своих товарищей от клювов и когтей разъярённых птиц. Он велел Типу снять с Джека голову и спрятаться с нею на дне гнезда. Кувыркун улёгся рядом с Типом, а Ник-Дровосек, уже по опыту знавший, что делать, вынул солому из всех частей Страшилиного тела, кроме головы, и засыпал этой соломой Типа и Кувыркуна, таким образом надёжно спрятав их от врагов.
