Валерка был слегка огорошен такой бесцеремонностью, но спорить не стал. Игорь Деянович ему слишком много хорошего сделал, чтобы с ним ссориться. А без ссоры он объяснений явно пока давать не собирался.
— Мы через верхний мир поедем, — напомнил Валерка. — А то долго получится, пешком идти. У нас дороги ещё нет.
— Ты едь, а не рассказывай! — Берендей едва сдерживался. — Что ты мне тут мямлишь!
Прежде Игорь Деянович старательно избегал визитов в верхний мир, неизвестно уж, по какой причине. Сейчас, впрочем, ему тоже было не до верхнего мира. Он только хмыкнул удивлённо, когда Валерка перешёл через границу прямо не выходя из Нивы, с любопытством посмотрел на широкую дорогу, высокие дома вокруг. Однако недолго он любовался современным городом — Валерка специально выбрал такой маршрут, чтобы как можно меньше провести в верхнем мире — знал, что первый визит для жителей тёмной стороны может быть неприятен из-за запахов и шума. Уже через минуту Птицын свернул с Ларина на Кащенко, прокатился до своего дома, и перешёл на тёмную сторону.
Игорь Деянович, едва оказавшись на тёмной стороне, стремительно выскочил из машины, чуть не выломав дверь — с непривычки не мог разобраться, как пользоваться ручкой, а силы у него несмотря на возраст немерено, так что вполне мог и так вырвать. Хорошо, Валерка успел подсказать.
— Где эта прошмандовка⁈ — громогласно крикнул берендей, шумно втянув воздух, и рванул к княжескому терему. — Где эта шкура рыжая⁈
Валерка сначала испуганно глянул на Алису — кто ещё у них рыжий? Если бы Игорь Деянович действительно так назвал Алису — не посмотрел бы на возраст, начистил старику морду. А в следующий момент парень вдруг вспомнил про Мари. Как будто переключатель в голове щёлкнул.
Берендей устроил настоящий переполох — перевернул сначала княжеский терем, а потом носился по всему посёлку в поисках иностранной гостьи, но никого не нашёл. Только народ перебаламутил. Перечить целому князю берендеев — дураков не нашлось, даже Демьян только следовал за Игорем Деяновичем на почтительном расстоянии. Однако поиски оказались тщетны — Мари в посёлке не было. Вещи почти все оказались на месте, — Игорь Деянович осмотрел их в первую очередь, — но там были только тряпки.
— Как допустили⁈ — орал берендей после того, как окончательно убедился, что никого не найдёт. — Где ваши головы⁈ Всё, всё лисьим духом пропахло! У них эта лиса как в курятнике, а они даже не квохчут! Ты, князь, чем думал⁈ Тебя ведь предупреждали, не балуйся, а ты что устроил⁈ Ты, упырь, куда смотрел⁈ Мало что в свой дом привели, так ещё допустили, чтобы эта пакость узкоглазая вам в еду совалась! Эта зараза восемнадцать лет назад тут так накуролесила, что еле разгребли, так теперь снова явилась! Ты, князь, её зачем приволок к себе⁈ Ты что, дурачина, хотел к ней в добровольные рабы? Мне на кой чёрт здесь нужен замороченный проводник, полностью покорный кицунэ? Тебе говорили — не балуйся? Говорили тебе?
Ответа явно не требовалось. Игорю Деяновичу просто требовалось выплеснуть свою ярость, и Птицын терпеливо ждал, когда тот придёт в себя и даст внятные объяснения. Хотя кое-что и так уже становилось ясно.
— Я-то! Я-то сам дурак, расслабился. Думал — незлобивый мальчик. Не станет глупости делать, безобразия устраивать. Забыл, старый дурак, что ты мальчишка ещё! Что у тебя опыта — нет, знаний — нет. И этот, из департамента тайных дел и расследований, куда смотрел⁈ Его сюда зачем прислали, в носу ковыряться⁈ Где он вообще! Демьян, старый дурак,вокруг тут на всю округу тащит заворотами и приворотами. Ты совсем нюх потерял⁈ как позволил себя заморочить до полного отключения мозгов⁈ Почему все вокруг такие недоумки, объясните мне⁈ Собака у вас где⁈ Собака не должна была эту тварь сюда пустить.
— Полкан! — вспомнил Валерка. Он же сам распорядился запереть пса где-нибудь в подвале. — Надо срочно выпустить!
— Заперли! Единственную свою охрану — заперли. Да как до такого додуматься-то можно было⁈ Если бы котяра наглый ко мне не заявился, то что, всё⁈ Так и ходили бы по струнке у рыжей шалавы⁈
Валерка дослушивать не стал — он уже бежал к подвалу, чтобы выпустить бедного Полкана. А сам внутри просто холодел от ужаса.
«Это ведь берендей ещё про Аспида не знает!»
Валерка долго извинялся перед Полканом. Стыдно было перед псом. Собака свою работу выполнила на сто процентов, а её мало что не послушали, так ещё в подвале заперли. Причём, как подозревал Птицын, ещё и не кормили всё это время. Не так уж долго, не успел он как следует оголодать, но это и не важно. Птицын всё равно чувствовал себя предателем. А Полкан даже и не думал обижаться, отчего становилось ещё горше. Собаки — святые существа — никогда не помнят плохого от хозяев. Пёс радостно облизывал Птицыну лицо, размахивал лысым чешуйчатым хвостом так, что тот грозил оторваться и повизгивал от счастья, что за ним вернулись, а Валерка чувствовал себя последней скотиной.
