Меня накрывает волной стыда: я совсем не думаю об экспедиции, слушаю майора вполуха, прогоняя маячащие перед глазами картинки воссоединения влюбленных. Что же придумала Аллочка? Чувствую на себе пристальный взгляд стоящего рядом Мирослава.
– Все понятно, майор Кононец, спасибо, – громко произносит Мир, а я вздрагиваю, словно меня разбудили. Глупо хлопаю ресницами и киваю вместе со всеми.
Объявляют посадку на рейс. На табло мигают оранжевые строки с названиями городов и временем вылета или прилета, слышится голос диктора. Почему-то не сомневаюсь в том, что аэропорт разделит мою жизнь на «до» и «после».
– Лис, мы будем сидеть вместе, ты не против? – Моего локтя слегка касаются пальцы Мира.
– А вы не хотите со мной сесть? – Из-за спины вырастает невысокая плотная блондинка с короткой стрижкой. – Меня Света зовут. Светлана Оленина, – женщина протягивает пухлую мягкую руку и добродушно улыбается. Вокруг ее карих глаз расходятся тонкие лучики морщинок.
– Я… э-э-э…
– Я ее брату обещал присматривать за девчонкой. Спасибо за предложение, Светлана, – опережает меня Мир. – Меня зовут Мирослав, а ее Алиса.
– Спасибо, Светлана. Рада знакомству. Значит, ваш родственник тоже… – выдавливаю я.
– Да, Алиса, тогда пропала моя мама – Виолетта Оленина. Она собиралась завершить карьеру и уйти на пенсию после той экспедиции. Мне пришлось отложить свадьбу из-за трагедии… Это ужасно, – слова Светланы тонут в рое людских голосов и шуме взлетевшего самолета.
Мир не отходит от меня. Очередь медленно ползет к выходу. В стеклянные двери рвется ветер, завывая в оконных щелях. Большой пассажирский автобус доставляет нас до самолета. Я летала всего один раз в жизни, но почему-то реагирую на предстоящий полет без особого трепета. Виной всему чувство влюбленности. Любовь окрыляет меня, лишает ощущения земли под ногами, наполняет внутренней свободой. И пускай я больно обожглась, ошиблась – я чувствую себя целостной и живой. И ни о чем не жалею…
– Знаешь, что я думаю, Лиси? – произносит Боголюбов, когда мы рассаживаемся по местам.
– Мир, давай не будем? Я благодарна Богдану за чудо, которое он подарил. Полгода я получала отписки чиновников или отказы. Майор Капустин загорелся делом, возможно, из-за повышения или…
– Я думаю, Алка беременная, – резко прерывает меня он, словами забивая гвозди в мое сердце. – Другой причины просто не может быть… у всего этого.
Я молчу. Отворачиваюсь к окну иллюминатора и надуваю губы.
– Лис, тебе много парней покупали тампоны? – заговорщически шепчет Мир мне в ухо.
– Че-е?!
– А я купил, представь себе. И влажные салфетки с ватными дисками тоже, и крем от солнечных ожогов, чтобы у тебя нос в горах не сгорел. Я уверен, что наши орлы в аптечку положили только бинт и зеленку, – Мир категорично качает головой и закатывает глаза. – А ты даже утешить себя не даешь.
– Никто не покупал, – довольно улыбаюсь. – Я об этом вообще не подумала… Спасибо тебе, что позаботился, – я по-дружески сжимаю кисть Боголюбова.
– Как об этом можно забыть? Или… Постой…
Похоже, на моем лице отражаются все эмоции. Я стыдливо отвожу взгляд, не желая развивать фантазию Мирослава.
– Ну Рябина дает! – усмехается он. – Решил пополнить численность славянского населения высокими кудрявыми блондинами!
– Перестань, Мир, – шиплю я. – Я ничего такого не говорила тебе, потому что…
– Лис, я женюсь на тебе, если ты окажешься беременной! И пусть Богдан кусает локти и ходит по струнке у Риммы Сергеевны.
– С ума сошел?! Меня Люба не простит, – Боголюбов напрягается и замолкает при упоминании Любани. Выходит, я нашла способ заставить его замолчать? Хотя, если честно, мое настроение улучшается. – Спасибо тебе, Мир. Ты замечательный, хороший друг, и мне приятна искренняя забота.
– Признаться, я боюсь твоего деда, – улыбается парень. – Если с тобой что-нибудь случится, он пристрелит меня, а Люба добьет лопатой для снега!
Я смеюсь. Искренне и беззаботно, на миг позабыв о своих переживаниях.
Мы прилетаем в Тбилиси глубокой ночью. Майор Кононец выглядит свежим и собранным, чего нельзя сказать о других участниках экспедиции. Бодрящий теплый ветерок обдувает мои щеки, когда я ступаю на грузинскую землю.
– Лис, как же здесь тепло! – не скрывает восхищения Мир, демонстративно расстегивая молнию куртки.
– Это обманчиво, молодой человек, – замечает идущий следом Глеб Пахомов. – Завтра поедем в горы, там гораздо холоднее.
– А какой план действий? Куда мы поедем и когда? – интересуется Светлана, подавляя зевок.
– Сегодня ночуем в городе, – коротко объявляет Кононец. – А утром я подробно расскажу о наших проблемах.
– О каких проблемах? – С лица Светланы вмиг спадает сонливость.
– Натовцы ставят нам палки в колеса, и я не знаю, что теперь делать, – виновато вздыхает он.
Водрузив на плечи багаж, мы садимся в ожидающий нас автобус.
– Лиси, просыпайся! – Я вздрагиваю от голоса Мира и громкого скрипа колес автобуса.
