Ратко, младший пленный семейства Поскоков, слышал каждое слово из этого разговора, когда, стоя за той кучей, вытряхивал из штанин землю, и ужасно перепугался. Ненад, его коллега, помнил, что в каком-то военном фильме офицеры-союзники бежали из немецкого лагеря по тоннелю и именно таким способом тайно избавлялись от выкопанной земли. Ратко этот фильм не смотрел, и, скорее всего, он бы ему не понравился, так же как и не нравилось ему передвигаться в брюках с подвязанными внизу штанинами, наполненными красноватой землей. Ощущение при этом было такое, будто насрал в штаны. Ратко быстро, но не настолько, чтобы спешка бросалась в глаза, вернулся в подвал, оттащил от стены круглое, изъеденное червями дно пятисотлитровой бочки, которым они замаскировали вход в тоннель, и на четвереньках полез в мрачный горизонтальный коридор, похожий на заячью нору высшей категории. На локтях и коленях он дополз до конца, где Ненад с фонариком, примотанным к кепке клейкой лентой, острой саперной лопаткой вдохновенно врубался в землю. Строительство тоннеля продвигалось неожиданно быстро. Стремление пленных к свободе было столь велико, что за двенадцать дней они продвинулись больше чем на сто пятьдесят метров.
— Смотри, что я нашел, — сказал Ненад, показывая младшему коллеге обтрепанный, в пятнах от влаги кусок картона, на котором рядом с отпечатанным текстом на непонятном для Ратко немецком языке витиеватым почерком выцветшими чернилами было написано несколько слов.
— Збы… Как это читается?
— Збынек Хубач. Обер-лейтенант Збынек Хубач, чех, был начальником охраны в австрийской жандармерии. Его труп я только что нашел закопанным в паре метров отсюда. Кто знает, сколько их здесь сгнило. Не сегодня завтра и мы бы последовали за ними.
— Я сейчас слышал разговор старшего с женой. Они заметили землю во дворе.
— Дерьмово! — отреагировал Ненад. — Я же сказал тебе не складывать все в одном месте.
— Так они не разрешают мне отходить от дома.
— Ладно, неважно, нам осталось всего ничего. Если продолжим в том же темпе, к вечеру дело будет в шляпе. Вперед! Вперед, не останавливаться! — приказал Ненад, и оба принялись лихорадочно копать.
Две свободные скалолазки долго изумленно рассматривали несколько расстеленных на земле кусков брезента, на которых близнецы любезно разложили по одному экземпляру всех видов оружия, которыми владело их почтенное семейство. До сих пор такое девушки видели только в телевизоре, в сообщениях об аресте дорчолской мафии или о разгроме медельинского кокаинового клана. Чего здесь только не было: автоматические и полуавтоматические винтовки, карабины, снайперские винтовки, ручные пулеметы, крупнокалиберные противовоздушные пулеметы, противотанковые ракеты, пистолеты и револьверы, гранаты и ножи. Все это, чистое и отполированное, угрожающе блестело на июльском солнце.
— Похоже, я умерла и попала в рай, — проговорила Мирна.
Первые полчаса они, перешептываясь, лишь набожно дотрагивались до оружия, вздыхали или радостно повизгивали, когда видели что-то, о чем раньше только читали, а когда Звонимир и Бранимир предложили им взять и испробовать все, что захочется, долго уговаривать девушек не пришлось. Братья услужливо заряжали им автоматы, а девицы поливали очередями каменные окрестности. Черным немецким автоматом «Хеклер и Кох MG4» Мирта чуть не скосила молодой ясень, а Мирна выбрала бельгийский «FAL» и обрушила всю его мощь на молодой дубок. Потом Мирта взяла полуавтоматический чешский пистолет, Мирне же снова захотелось устроить невыносимый шум итальянским полуавтоматическим дробовиком «Бенелли M3».
Звонимир встал у Мирны за спиной и положил на ее руку свою, якобы чтобы помочь, если Узи будет сильно дергаться, а она как бы случайно прижалась попой к его паху. Мирта расстреляла всю обойму из «Глока 17» и от радости обняла и звонко поцеловала Бранимира.
— Будь добр, не можешь ли ты зарядить этот «SА80», — вежливо попросила Мирна Звоно, показывая рукой на британский штурмовой автомат.
— Ха! — только и произнес он в ответ.
— Ты ангел, — ласково ответила Мирна и послала ему воздушный поцелуй, а Звоне так покраснел и смутился, что у него тряслись руки, пока он загонял пули в обойму.
— Извини, а вот это что такое? — спросила Мирта у Бранимира.
— РПГ 29 «Вампир», третье поколение популярного русского гранатомета. Его боеголовка имеет диаметр сто пять миллиметров и может пробить броню толщиной в семьсот пятьдесят миллиметров или разрушить бетонную плиту укрепления шириной в полтора метра. Иракцы с его помощью без проблем уничтожали американские танки «Абрамс M1A2», — объяснял Бране тоном специалиста, а она, мечтательно глядя на него, поглаживала вверх-вниз длинную ракету.
