И действительно, примерно через полчаса директор со снайперами нагнал нас у небольшого деревянного моста через еще одну речку, и вместе мы перешли на другой берег и продолжили пробираться сквозь заросли различных растений-эпифитов69, ориентируясь по еле заметным следам трехпалых когтистых лап. А они то петляли среди могучих стволов и корней деревьев, то кружили на одном месте, то исчезали в густой траве на поляне, и нам приходилось обыскивать местность вокруг, чтобы найти их продолжение. Таким вот образом мы медленно продвигались в северо-западном направлении, пока впереди, за плотной завесой из кустарников, папоротника и свисавших с деревьев лиан, не послышался какой-то шелест, гул и стрекотание. Тут Лео сказал, чтобы мы остановились.
– Дальше нам идти нельзя, – заявил он.
– Это почему? – удивился Джек.
– Там, за деревьями, расположено поле Скорпионовой травы, где мы собираем ее урожай. Неразумно будет подвергать всех вас и самого себя опасности.
– Но, а как же… – попытался возразить охотник.
– Чудовище там не могло скрыться, – отрезал директор, – наши роботы-фуражиры, собирающие отцветшую Скорпионову траву, заметили бы его и подали сигнал тревоги. А раз сигнала не было, то наша цель уже давно в каком-либо другом месте. Так что нам лучше сейчас вернуться домой и отдохнуть. Завтра продолжим поиски в другой части острова.
Нам не оставалось ничего другого, как послушаться и вернуться обратно в деревню Сололеадас. Там господин Мирандерик обратился к нам:
– Так, друзья мои, сейчас я советую вам поесть и отдохнуть. Все же поход был довольно долгим и утомительным, особенно для первого раза. Карты с передатчиками вы оставьте себе – они помогут вам в дальнейших поисках чудовища. Утром я снова зайду за вами, и мы прочешем джунгли к югу от лаборатории. Вполне возможно, что там нам повезет немного больше.
Попрощавшись с Лео, снайперами и возвратившимися к тому времени охотниками Сололеадас, мы пошли дальше к хижине Азула, а директор GEC со своей командой отправился к себе в главную лабораторию компании.
На пороге хижины нас встретил ее хозяин.
– Ужин готов. Прошу к столу, – холодно сказал мальчик и скрылся в своей комнате.
Мы подкрепились капустным салатом, яйцами краснохохлой куропатки70 и бананами, и с облегчением развалились на стульях, неторопливо попивая прохладную ручьевую воду из стаканов. Вскоре пришел Азул и стал убирать посуду со стола.
– Вы убили его? – вдруг спросил он, пристально глядя на нас своими голубыми глазами. Я немного опешила и не знала, что сказать.
– Вообще-то… нет, – сказал за меня Джек, тоже слегка пораженный этим внезапным вопросом. – Но мы нашли его следы.
Азул слегка кивнул и, собрав тарелки и стаканы, понес их к ручью. Мы с волнением переглянулись.
– Думаешь, сейчас уже можно? – тихо спросил охотник.
– Нет, – ответила я. – Мне кажется, что еще слишком рано. Мы все еще плохо знаем Азула.
Джек кивнул в знак согласия. Затем мы встали и молча удалились в свои покои. Добравшись до гамака, я, не переодеваясь, тут же упала в него и мгновенно уснула.
Так закончился наш первый день охоты на кошмар.
Глава
VI
. Нападение Тьмы.
Глубокой ночью я проснулась от ужасного шума, стоявшего снаружи. Я села и прислушалась: из окна доносились испуганные крики, истерические вопли и детский плачь вперемежку с громкими возгласами на испанском языке.
– Черт побери! Что там такое происходит?! – из соседней комнаты показалась заспанная физиономия Джека.
– Не знаю, – ответила я. – Может, выйдем и посмотрим?
Мы вышли из хижины и направились к центральной площади, откуда и доносился весь шум и гам. Там мы увидели такую картину: все племя Сололеадас собралось перед хижиной вождя; люди что-то истошно кричали, хватаясь за волосы, или с глазами, полными ужаса, метались по площади; матери в страхе прижимали к себе плачущих детей. Вождь Кабеза что-то объяснял своему племени, отчаянно жестикулируя, но его, судя по всему, мало кто слушал.
– Ла мальдифьон! Ла мальдифьон оскура эста де вуельта!71 – доносилось из толпы.
– Что это за чертовщина?! – проревел Джек, пытаясь перекричать весь этот шум. – Это что, приступ всеобщего помешательства? Или особый местный праздник какой-то? И кто такой этот «Ла мальдифьон»?
– Проклятие! – сказал знакомый голос позади нас.
Мы обернулись и увидели рядом Азула. Он устало смотрел на суматоху на площади.
– «Ла мальдифьон оскура» значит Проклятие Тьмы, – пояснил он, – так Сололеадас называют Лезвие Тьмы. Похоже, сегодня ночью погиб еще один член племени, и они считают, что его убило это существо.
Мы тревожно переглянулись. Наше сонное состояние мгновенно улетучилось.
– Так, – начал проявлять организаторский характер Джек, – я иду за оружием, а ты свяжись с нашим маленьким веселым другом, то бишь с господином Мирандериком, и объясни ему ситуацию. Пусть берет своих приятелей с винтовками и живо катит свое пузо сюда.
