Хижина Азула, в которой мы жили, располагалась немного поодаль от остальных, тем самым открывая широкий обзор на главную площадь поселения, хижины вождя и остальных Сололеадас. И окно в моей комнате как раз выходило на эту сторону.
Полулежа, полусидя в гамаке, я с любопытством наблюдала за двумя карапузами лет семи – восьми, со смехом возившимися в траве возле одной из хижин, а затем проследила за стройной девушкой в одной юбке, которая подошла к малышам, взяла их за руки и отвела в эту самую хижину. Затем мое внимание переключилось на группу из четырех мужчин Сололеадас, похоже, возвращавшихся с охоты, так как на своих широких и сильных плечах они несли довольно крупного для своего вида оленя-мунтжака.75 Из одежды на них были лишь шорты цвета хаки, так что было видно, как их могучие загорелые тела лоснились на солнце и как крупные мышцы, словно бильярдные шары, перекатывались у них под кожей при каждом движении. Охотники что-то оживленно обсуждали, направляясь к хижине вождя Сололеадас. Кабеза, облаченный в яркие ритуальные одеяния, вышел им навстречу, простер руки к небу, судя по всему выказывая благодарность Богу за удачную охоту, а затем вместе с мужчинами удалился в свою хижину.
Так я и лежала бы до самого полудня, а может, и дольше, если бы в это время не раздался громкий зевок, и в проеме не появилась фигура Джека в одних широченных трусах.
– С добрым утром, красотка! – обратил он ко мне свою заспанную небритую физиономию, почесывая при этом широкую волосатую грудь, затем глянул на военные часы на своем столь же волосатом запястье и с удивлением отметил: – Ого! Дуло «Ликвидатора» мне в пупок! Уже половина одиннадцатого! Пока мы с тобой валялись в постели, эта чешуйчатая тварь из джунглей наверняка уже успела кем-нибудь позавтракать и теперь подбирает себе блюдо к обеду. Так что давай вытряхивай свои соблазнительные телеса из гамака и двигаем скорее на охоту!
Выпалив этот монолог практически на одном дыхании, Джек тут же исчез в своей комнате, так и не дав мне вставить ни слова.
Я нехотя поднялась и отправилась умываться. Приведя себя в порядок, я вернулась в комнату и стала готовиться к сегодняшнему походу, раскладывая по карманам пробирки, увеличительные линзы, блокнот, складной ножик, обоймы дротиков для пистолета-транквилизатора и, конечно же, сам пистолет. После этого я отправилась вслед за Джеком завтракать.
За столом нас встретила лучезарная улыбка директора GEC.
– Доброе утро, друзья мои! – приветствовал он нас, вставая со стула и глядя на наши все еще сонные лица. – Вижу, вы еще не совсем проснулись. Ну ничего, прогулка по джунглям, кишащим ядовитыми змеями и гигантскими пауками, быстро взбодрит вас.
– Мне кажется, Вы преувеличиваете, – заметила я, усаживаясь за стол и пододвигая себе тарелку с яичницей и салатом. – Насколько я знаю, на этом острове не встречаются ядовитые змеи. А насчет гигантских пауков… я сомневаюсь, что они опасны для человека.
– Знаете ли, Джесси, – заявил господин Мирандерик, – я уже много лет живу на острове С*** и могу сказать точно: он склонен преподносить всякие сюрпризы.
После завтрака (а судя по времени, обеда) Лео, Джек и я отправились к главной площади деревушки, где нас уже ждала все та же парочка снайперов и четверка охотников Сололеадас. Исходя из договоренности обыскать сегодня южную часть острова, мы, ни секунды не медля, направили свои стопы на юг.
Следуя за Джеком, расчищавшим нам путь сквозь заросли своим мачете, я все думала о племени Сололеадас и вопросах, посетивших меня позапрошлой ночью. Наконец, решившись, я спросила у Лео:
– Скажите, пожалуйста, а почему Сололеадас до сих пор не забрали на их родину, не возместили им убытки от последствий катаклизма и не обеспечили нормальными условиями жизни? Ведь они же числятся в правительственной базе данных Испании и, следовательно, их должны были разыскивать.
Похоже, что директор совсем не ожидал такого вопроса, по крайней мере, в тот момент. Лицо его на секунду выразило волнение, затем попытку что-то вспомнить, но потом оно вновь приняло приветливое, счастливое и вечно улыбающееся выражение.
– Видите ли, – заговорил он, – на родине у первых Сололеадас не осталось практически никого из родных и близких – все они погибли во время Великого Атлантического Катаклизма. Да и от самой их родины, то есть Испании и Португалии, мало что осталось. Сегодняшний Пиренейский полуостров – это расколотый на части, наполовину затопленный океанскими водами и наполовину покрытый застывшей магмой символ ярости природы и памятник десяткам миллионов ее жертв. Так что Сололеадас некуда было возвращаться, и они решили остаться на этом острове.
– Но а как же ORNDV76 – глобальная организация, предоставляющая помощь пострадавшим от природных катастроф, их размещение в различных странах, компенсацию ущерба и прочее, а также другие международные учреждения, программы и фонды в этой области? Они-то должны были что-то предпринять! – вставил Джек, энергично работая мачете.
