Боясь, что слежку заметят, голубоглазый, не приближаясь особо и стараясь быть не на виду, издали пытался понять, что же ему делать дальше. Шанс такой точно упускать не хотел. Нищенствовать, а точнее работать фальшивой попрошайкой надоело. Вообще работать надоело. Но шанса разбогатеть быстро и сразу пока все никак не подворачивалось. А тут вот и вдруг на Галатее, среди богатой публики, обнаружить старого знакомца еще по плантациям Сиерры, было более, чем странно. И как за благоволение судьбы такую встречу не принять?
Глядя на Ская, оценив сразу и качество одежки, и дорогую обувь, и коммуникатор - видно, что хоть и неброский, но новенький, - все пробовал сообразить, как дешевой подстилке, хозяйской собачонке удалось вырваться из той грязи, в которую его втолкли сразу после Сиерры, и в голову ничего не лезло вообще. Ну, разве что снова на жалость давя, пацан, работая и ртом, и задницей, такого вот положения добился. Других-то способов Скай точно не знал. Лично же Ская учил, что делать, чтоб не на плантациях спину гнуть, а в хозяйском доме быть, пусть и личной прислугой. Самому же сложно было - и морда не позволяла, и ублажать других не хотел. А смазливому пацану сам бог велел красоту использовать.
Да. Было интереснее время.
Разгадку к окончанию прогулки молодой бродяга, так и не разгадал. Но адрес того дома, куда зашел Скай с покупками, запомнил.
Вернувшись в дешевую гостиницу, в номер, в котором пахло старыми вещами и зацветшими обоями, даже не перекусив купленными по дороге копеечными бутербродами, усевшись за ком - дорогой, мощный, не раз выручавший, заплатив электронный сбор за информацию, составил несколько запросов. И только после того, как ком звякнул, прислав сообщение на подтверждение обработки информации, молодой человек и к бутербродам потянулся, и к бутылке легкого виноградного вина. Выпить слишком хотелось.
И в ресторан. Хотелось разгула, снять дорогую проститутку, купить новенький кар... Но пока это были лишь мечты. Хорошо еще хоть нищенствовать пристроился. Вольноотпущенников вообще мало на какие нормальные работы брали. Кто б бывшему рабу доверил и деньги, и бумаги, и ценности. А грузчиком и уборщиком после того, что испытать пришлось, на воле точно работать не хотелось.
