Кошмар не секундным стал. А во всей красе во сне развернулся. Как фильм о себе посмотрел. Полноценный, широкоформатный. А когда удалось в себя прийти, проснувшись, понял, что ничего из памяти так и не вычеркнул, ничего забыть не удалось. И в этот же день, дождавшись, пока Эрик в клинику уедет, нашел несколько чистых листов, обломок карандаша в библиотеке и, сев за стол, начал очень подробно записывать все, что помнил. Наверное, даже не для себя. С собой все было ясно. Но хотелось хоть правду написать. Первый раз за все это время. Только правду. Которую никто, кроме него и не знал.
Скай, с трудом выводя такие непослушные буквы, себя не выгораживая, не стараясь на жалость давить, просто пересказывал события.
Только факты. Выводы пусть делают те, кто прочитает это все... После. Может, Эрик хоть так сможет понять. Если захочет.
На плантации Сиерры Скай попал после почти девяти месяцев работы на табачной фабрике. Не мог больше работать - табачная пыль разъедала легкие, глаза постоянно краснели и закисали, слезы текли все время, и Скаю казалось, что он вообще скоро или ослепнет, или задохнется от приступов кашля.
Мастер бригады долго не хотел Ская отпускать: и на более легкую работу ставил, и вообще, пытался, чтоб Скай не с табачными листьями дело имел. Но поздно уже было - даже запаха табака слышать не мог. Плохо Скаю было. И хоть и жалел мастер - Скай был послушный и работящий, но в конце сезона все же отправил в рабский барак с партией такого же производственного брака.
За те полтора месяца, что Скай провел в ожидании торгов, все изменилось в лучшую сторону - кашлять и чихать перестал, глаза мутные и в гнойниках как-то сами собой зажили, и когда его уже на помост выставляли, Скай таким уж заморышем, как в последние дни на фабрике, и не выглядел. Да, еще страшненький был, но хоть без инфекций и сопливости. А когда оказалось, что покупают на Сиерру, на хлопковые плантации, даже обрадовался. Там он точно в помещении запыленном сидеть не будет. Видел же по ТиВи, как люди работают среди зеленых бескрайних полей и под солнцем.
Радовался, правда, недолго, пока в жару сорокоградусную не попал. Даже дойти от станции пешком к рабочему поселку - и то проблематично было. Но дышалось хоть и в жаре, но легче...
